Ожившая легенда

А потом сделал шаг, за ним следующий. Сначала тяжело, словно через толщу воды, а потом уверенно подошел туда, где находилась гидра, и остановился, позволяя ей привыкнуть к себе."

"И тьма отступила. Скаталась в клубки и забилась в углы. В террариуме появились сначала силуэты, а потом и сама гидра. Поползень вылез из своей норы, как загипнотизированный, замерев перед Яном. Даже ушан, сидевший тут же, припрыгал и замер, сразу же сливаясь с окружающей обстановкой.

— Вы подружитесь, — констатировала я, встав рядом.

И пусть мой младшенький плохо разбирался в шахтах и сделках, щиты он держать умел.

Ян победно улыбнулся, стараясь не показывать, как тяжело далось ему это испытание. А я подыграла, будто не догадалась и не заметила. У меня когда-то не получилось справиться с первого раза с наведенными образами…

— Итак, это старушка Зара, Зара — это мой брат Ян, тебе придется потерпеть его месяц. Это будет непросто, но ты уж постарайся, — представила их друг другу. И надеюсь, Зара терпеливее меня, я бы месяц братишку не выдержала…

— Старушка? — брат окинул гидру изумленным взглядом. — Подумать страшно, на что она была способна по молодости.

— Да ну, брось, — я любовно провела по длинной золотистой шее. — Гидры чем старше, тем сильнее. Они всю жизнь собирают разные образы, переосмысливают их, переиначивают. Зара порой такие невероятные вещи выдает, что даже я не понимаю, из чего собраны ее фантомы.

Что именно показала гидра Яну, я решила не спрашивать, а сам он рассказывать не спешил.

На этом мне удалось выпихнуть братца из террариума, а Дао, наоборот, запихнуть в него. Последний совсем избаловался и ни в какую не хотел ползти в специально отведенную для таких существ комнату, привык к хорошему — кровати и Ксавьеру под боком. Признаться, я и сама привыкла и сейчас чувствовала себя неспокойно. То и дело возвращалась мыслями к жениху, как он там? Сможем ли потом вывести его из стазиса без проблем и осложнений?

Но все это плохие, темные мысли. Они особенно острые и яркие после воздействия гидры, после страха, который пришел ко мне через эмпатическое восприятие от Яна. А я должна быть сильной и собранной, при создании лекарства права на ошибку не будет.

Спать я ложилась почти спокойной, только какой-то червячок сомнения проедал внутри возведенной мысленной брони маленькую дырочку. Мы что-то упускаем. Понять бы — что?

А утром началась беготня и суматоха. Последние сборы, последние приготовления, дом прямо-таки наводнился людьми, на которых я постоянно натыкалась, от чего злилась и нервничала еще сильнее.

— Все будет хорошо, — Майк схватил меня поперек туловища, что с натяжкой можно было бы принять за объятия, а на деле — фиксация, и буквально-таки вживил этот оптимистичный посыл в мой мозг.