Легенда о трех мартышках

– Великолепно, – обозлился преподаватель, – снимок четкий, но вас-то я не вижу! Разматывайте тряпки.

– Простите, не могу, – вежливо ответил Игорь, – врач не разрешает.

– А я не могу принять документы! – закричал педагог. – Хитро придумано! Да только все уловки поступающих мне давно известны!

Аню снова затрясло от ужаса, но парень не нервничал.

– Вот справка из больницы, – сказал он, – изучите, пожалуйста! Нос и подбородок у меня сломаны, правая скула покалечена, мне сделали несколько операций, поэтому я забинтован.

– Ну-ну, – уже другим тоном отреагировал преподаватель, – но все равно я не имею права допустить неизвестно кого к приемным экзаменам, нужно точно удостоверить вашу личность. Приведите двух свидетелей, которые могут подтвердить, что…

– Валериан Михайлович Суворин подойдет? – перебил его Игорь.

Преподаватель вскинул брови.

– Кто?

– Товарищ Суворин, – повторил Игорь, – пусть кто-нибудь из вашей комиссии с ним свяжется!

Педагог усмехнулся.

– А ты хитрец! Решил, что я побоюсь беспокоить ректора? Поверю на слово вчерашнему школьнику? Услышу фамилию Суворин и тут же спасую? Не на того напал!

Противно ухмыляясь, мужик ушел, очередь замерла в тоскливом ожидании, спустя четверть часа преподаватель вернулся, он был хмур и, похоже, растерян. Не говоря ни слова, злыдень выписал Игорю экзаменационный лист и сказал:

– Следующий.

– Спасибо, – вежливо поблагодарил парень, очевидно, нисколько не сомневавшийся в таком исходе дела."

"Вначале Игорь посещал занятия в повязках, потом они постепенно заменились нашлепками из пластыря, и в конце концов открылось лицо. Юношу нельзя было назвать красавцем, к тому же кожу его покрывали шрамы и какие-то пятна. Но, несмотря на этот дефект, студент пользовался невероятной популярностью у сокурсниц и авторитетом у сокурсников. Игорь был всегда шикарно одет, никогда не занудничал, легко давал деньги в долг и являлся центром любой компании. Поговаривали, что в постели первого парня института побывали не только студентки и аспирантки, но и некоторые почтенные преподавательницы.

Покалеченное лицо никого не остановило, впрочем, к третьему курсу пятна с кожи Игоря исчезли, шрамы превратились в едва заметные ниточки и стали практически незаметны. Диплом Игорь получил, будучи уже дважды разведенным, любому другому студенту за моральную неустойчивость могли пригрозить отчислением из комсомола, что автоматически влекло за собой исключение из вуза. Но Игорю все сходило с рук.

Анечка обожала его издали, она понимала, что ее шансы стать возлюбленной кумира института равны нулю.