Легат

Она держала руки на парящей сфере эффектора, словно обнимая ее — и обнаженные предплечья покрывала маслянисто-черная субстанция, пузырящаяся и медленно ползущая по телу Заклинательницы дальше. Отдельные потеки Тьмы забрались уже на плечи и шею, сплетаясь с ее Умброй, контактируя с ней в общем ментальном поле. Глаза Ведьмы блестели антрацитовой пленкой, лицо искажала гримаса страдания.

Она ощутила резкую пульсацию эффектора, повернула голову. Чужой! Благодаря гению Сумрака Одержимые не были для алгоритмов ксеноцита целью, но любой другой — да. С черного шара, покрытого сложнейшим рисунком, ударило несколько азур-разрядов, поразив полупрозрачный силуэт Энея, медленно вплывшего в зал. Плети голубых молний, убийственных для любого Инкарнатора, оплели его, но Святой, казалось, вообще не обращал внимания на такие мелочи. Более того — невредимый Эней пил их энергию, жадно поглощая Азур. В очередной раз Ведьма поразилась его силе — этот Инк манипулировал А-энергией на непостижимом для нее уровне.

— Ты выглядишь отвратительно, — процедил он, — Но наш эксперимент, как я вижу, успешно продолжается.

— Оно сожрет меня, если мы не остановимся, — прохрипела Тирея Мун, — Это… невозможно… вытерпеть…

— Заткнись, фемме, — произнес он равнодушно, хлестнув ее по щеке, — Направляй ее. Иначе…

От обжигающего прикосновения половина лица сразу заледенела. Внутри вновь шевельнулся колючий лед, напоминая о себе. Пожалуй, она предпочла бы тысячу раз умереть, лишь бы не испытывать этого унижения и боли, но цель — ее цель пока не достигнута, а значит, надо выдержать даже это…"

"— Имеет значение только сила, — назидательно произнес Эней, — Достоинство ни к чему ни мертвым, ни живым. Верно, фемме? Все должны знать свое место. Твое на коленях, передо мной. Направляй ее!

Стараясь не слушать надменного ублюдка, Ведьма сосредоточилась. Ментальная синергия с эффектором позволяла смотреть глазами управляемой Сциллы — и она видела, что до цели совсем близко.

— Она совсем близко!!!

Кастор прекрасно это видел. «Титан» развернулся навстречу подходящей Сцилле, но две поврежденные конечности не давали ему возможности эффективно передвигаться. Мобильная цитадель ощетинилась огнем, разрывы окутали чудовище пламенными вспышками и дымными клубами. Однако сверхгиганту, управляемому чужой волей, любые внешние повреждения были безразличны. Сцилла пылала и дымила, как небольшой вулкан, но совершенно не собиралась умирать, упрямо ползла вперед, и стало видно, что подводный морф почти не уступает в размерах исполинскому механизму Утопии.

Вот они столкнулись. Донесся чудовищный грохот. Визг и рев раздираемого металла.