Легат

Тирея Мун, по неподтвержденным данным, имела А-способность «Психопортации», азур-транслокации на короткие дистанции. То, что она ушла, было очень скверно — это закрывало возможность предложить сторонникам Одержимых сложить оружие в обмен на безопасный коридор до побережья и сосредоточится на Святых.

Святые — вторая очень плохая новость. Несмотря на временные успехи, мы не выигрывали войну за Город. Основные боевые действия разворачивались в противоположной стороне второго кольца, где орда Святых заблокировала обездвиженный «Титан». Позиции вокруг него удерживали шесть боевых Когорт, цвет и гордость Легиона. Буран, Метеор, Гнозис и многие другие Инки со своими командами сейчас находились там — но, не считая самих Святых, азур-фанатики выставили против них целую прорву Тварей и множество сильных одаренных. Там творилась настоящая азур-война, преимущество в которой оказалось отнюдь не на нашей стороне. Положение было очень сложным, донесения обрывочными, требовалась срочная контратака, пока ситуация не превратилась в критическую.

Кастор говорил об этом с тревогой, и я прекрасно его понимал, но сейчас в первую очередь требовалось разрешить вопрос с Ядром Стеллара.

Орбитальный лифт только издали выглядел тонкой серебряной нитью. На самом деле он представлял собой узорчатый кольцевой тоннель, сплетенный из графена и сверхпрочных сплавов. Не верилось, что он продержался полтысячи лет, пройдя сквозь все катастрофы Импакта и последующих эпох."

"Кастор привел меня в подобие диспетчерской — большое помещение внутри пирамидального основания лифта. Одна из его полусферических стен была огромным окном на стартовую площадку. Я наконец-то увидел саркофаг — металлическую полусферу, купол, собранный из многоугольников бериллиевой бронзы. Подобно запаянному колоколу он скрывал Осколок Черной Луны, где хранилась Синяя Птица и Ядро. Не такой уж и огромный снаружи, что навевало на мысль о том, что экстрамерность внутри скрывает куда большее пространство. И действительно полностью экранированный — мой встроенный детектор молчал, не улавливая малейшего азур-фона. Саркофаг собирали прямо в приемнике орбитального лифта — обтекаемой серебристой капсуле-платформе, похожей на огромный вагон монорельса. Вокруг него суетилось множество людей — судя по виду, гражданских специалистов. Сверкали огни плазменной сварки, гудели сервоприводы механических подъемников — работа шла в авральном порядке и, вероятно, не прекращалась даже во время высадки ксеносов на Космодром.

— Флавий обещает, что через пару часов все будет готово к отправке на Звезду, — сказал Кастор, — Что будем делать, Грэй?

Я устало прикрыл глаза. Мы не могли избавиться от директив командора Звезды.