Ледяной укус

Они говорили, если послать мороев и дампиров вместе сражаться со стригоями, вымирание обеих рас лишь ускорится. У них даже хватало наглости высказывать предположение, будто именно таков и был план Таши… что она каким-то образом сотрудничает со стригоями.

Дмитрий встал, с отвращением обозревая творившийся вокруг хаос.

– Можно уходить. Ничего полезного тут больше не услышишь.

Мы с Мейсоном поднялись, но, когда я последовала за Дмитрием к выходу, Мейсон покачал головой.

– Ты иди, – сказал он. – А я хочу еще кое-что выяснить.

Я бросила взгляд на яростно спорящих людей и пожала плечами.

– Удачи тебе.

Просто не верилось, что прошло всего несколько дней с тех пор, как я разговаривала с Дмитрием. Когда мы вместе вышли в коридор, возникло ощущение, будто миновали годы. Эти последние два дня в обществе Мейсона прошли замечательно, но едва я снова увидела Дмитрия, как прежние чувства моментально ожили. Внезапно Мейсон показался мне ребенком. Мои переживания по поводу ситуации с Ташей тоже всколыхнулись, и глупейшие слова сорвались с губ, прежде чем я сумела сдержать их.

– Разве ты сейчас не должен быть там, с ней? – спросила я. – Прежде чем толпа набросится на нее? Она использовала магию на глазах у всех, у нее могут быть большие неприятности.

Он вскинул бровь.

– Она сама способна о себе позаботиться.

– Ах, ну да, конечно, она ведь супер – и тебе карате, и магия. Я понимаю. Просто подумала, раз ты собираешься быть ее стражем и все такое…

– Где ты это слышала?

– У меня свои источники. – Почему-то признаваться, что мама посвятила меня в эти планы, не хотелось. – Ты уже решил, да? В смысле, это, похоже, выгодная сделка – и дополнительные льготы, которые она тебе может дать…

Он устремил на меня твердый взгляд.

– То, что происходит между мной и ею, – не твое дело.

Слова «между мной и ею» обожгли меня. Они звучали так, будто все у них уже слажено. И, как часто бывает, когда мне больно, я сорвалась с узды.

– Ну, не сомневаюсь, вы будете счастливы вместе. Она в твоем вкусе – уж мне-то известно, как сильно тебе не нравятся сверстницы. В смысле, насколько она старше тебя? На шесть лет? На семь? А я на семь моложе.

– Да, – протянул он после небольшой паузы. – На семь. И своей болтовней ты лишь доказываешь, насколько еще молода.

Вот это да! Челюсть у меня отвисла чуть не до пола. Даже удар матери не причинил такой боли. На мгновение мне показалось, что в его глазах мелькнуло сожаление, типа до него только сейчас дошло, как грубо прозвучали его слова. Но момент прошел, и на его лице возникло прежнее жесткое выражение.

– А-а, маленькая дампирка, – внезапно произнес где-то рядом голос.

Все еще потрясенная, я медленно повернулась и увидела Адриана Ивашкова. Он улыбнулся мне и кивнул Дмитрию. По ощущению, мое лицо пылало.