Ледяной укус

 – Ты знаешь кого-нибудь из них? Нужно заняться ими в ближайшие дни. Не слишком трудно…

Внезапно я услышала взрыв. Вода вырвалась из аквариума, разнеся стекло вдребезги. Осколки полетели и в мою сторону, но я не обращала на них внимания. В воздухе вода объединилась в кривобокий шар. И он поплыл. К Исайе. У меня просто челюсть отвисла при виде этого. Он тоже смотрел на шар, больше с изумлением, чем со страхом. По крайней мере, до тех пор, пока вода не окутала его голову и не стала душить. Его невозможно не только застрелить, но и задушить. Однако он явно чувствовал себя чертовски дискомфортно.

Его руки взметнулись к лицу в отчаянной попытке содрать с себя воду. Без толку. Пальцы просто проходили сквозь нее. Елена забыла о Мейсоне и вскочила.

– Что это? – взвизгнула она и начала трясти Исайю в бесполезной попытке освободить его. – Что происходит?

И снова я не раздумывала, я действовала. Рука сжала большой осколок стекла разбитого аквариума. Зазубренный и острый, он порезал мне руку.

Метнувшись вперед, я вонзила осколок в грудь Исайи, целясь в сердце, расположение которого так долго училась находить во время учебных занятий. Исайя испустил придушенный водой крик и рухнул на пол. Его глаза закатились – он потерял сознание от боли. Елена смотрела на меня – столь же шокированная, как я, когда Исайя убил Мейсона. Исайя, конечно, не был мертв, просто временно сброшен со счетов. Судя по выражению лица Елены, она не предполагала, что такое возможно.

Самым разумным в этот момент казалось броситься к двери и выбежать на безопасный солнечный свет. Вместо этого я рванула в противоположном направлении, к камину. Схватила один из висящих над ним антикварных мечей и повернулась к Елене. Бежать далеко не было нужды, поскольку она уже пришла в себя и устремилась ко мне.

Она зарычала от ярости и попыталась схватить меня. Я никогда не училась работе с мечом – зато меня учили сражаться с любым оружием, которое окажется под рукой. Действуя неуклюже, но эффективно, я использовала меч, чтобы не подпускать к себе Елену.

Она обнажила белые клыки.

– Я заставлю тебя…

– Страдать, заплатить за все и пожалеть, что я вообще на свет родилась?

На память пришел бой с мамой, когда я все время занимала оборонительную позицию. Сейчас так действовать нельзя, нужно атаковать. Сделав выпад, я попыталась нанести удар Елене. Неудачно. Она предвосхищала каждое мое движение. Внезапно за ее спиной застонал Исайя – он начал приходить в себя. Она оглянулась, всего на долю мгновения, но этого хватило, чтобы нанести ей удар мечом по груди. Я разрезала ткань рубашки и поцарапала кожу, не больше. Тем не менее она вздрогнула и посмотрела на свою грудь, явно в панике. Думаю, воспоминание об осколке стекла в сердце Исайи все еще свербило в ее сознании.