Чужая Истинная для Ледяного дракона

Тщетно: снова касание и снова подъём, пока я не зависаю над пустотой.

Рука Велла на миг замирает, а затем одним нажатием отправляет меня в бездну. Кажется, я кричу. Обмякая, тяжело дыша, каждой клеточкой ощущая тяжесть горячего мужского тела и расходящиеся внутри меня волнами мучительно-сладкие спазмы.

– Ты моя, Лия? – подрагивающий от возбуждения шёпот любимого возвращает меня в реальность.

– Твоя, – шепчу я в ответ, – только твоя.

Колено мужа вклинивается между моих бёдер, и я чувствую прикосновение там упругой плоти. Велл качается вперёд, я непроизвольно вцепляюсь пальцами в траву, выдирая её с корнем. Он замирает, давая мне возможность перевести дух. И я осторожно, боясь пошевелиться, вбираю в себя влажный воздух, пахнущий морской солью, прогретыми травами и горьковатой полынью. Выдыхаю медленно. Боль отступает.

– Велл, – прошу я, – пожалуйста.

И сама подаюсь навстречу. Принимаю в себя сильные глубокие движения.

Обжигающие нити пронизывают каждую клеточку тела, но это уже не имеет никакого отношения к боли.

Нити переплетаются, стягиваются в узел. Снова и снова: расплавляются, переплетаются, стягиваются. Виток за витком. Ступень за ступенью. Спираль закручивается в смерч, охватывающий оба наших тела. Ледяные уколы сменяются жгучими искрами.

И откуда-то из сердцевины этого хаоса поднимается несокрушимая волна наслаждения, растворяющая мышцы и кости, плавящая сознание. Рык Велла сплетается с моим криком. Мы сливаемся воедино и разлетаемся на осколки. Вместе. Навсегда.

Закатное солнце окрашивает лучами верхушки пальм. Моя голова лежит на груди моего единственного и самого любимого мужчины. По телу бродят волны неги.

Непонятное ощущение в кисти заставляет меня поднести руку к глазам и раскрыть ладонь. Над её центром закручивается, а затем раскрывается диковинным цветком крохотный воздушный вихрь.

– Что это, Велл? – недоумевающе спрашиваю я.

– Это, любимая, говорит о том, что сына-дракона рожать придётся всё-таки тебе.

Глава 50.

Лия

– Подожди здесь. – Велл приобнимает меня за талию и касается губами виска. – Мне надо переговорить с Рональдом.

После возвращения магии прошло около месяца. Когда мы вернулись после нашего с Веллом «завершения обряда», обернувшегося чудом, целитель шейха долго осматривал меня, проверял с помощью каких-то артефактов, что-то записывал. А я с удовольствием всё показывала.

После той пустоты и внутренней тишины, которую я испытывала, мне до мурашек нравилось создавать иллюзии и играть с воздушными потоками. Каждый раз, когда я касалась своего внутреннего источника, на моих губах расцветала улыбка.

Но больше всего меня радовало то, что мгновений, которые мы можем провести с Веллом, стало в бесконечное множество раз больше.