Ледяное взморье

– Что?

Ремезов, естественно, знал и этот способ, но должен был играть до конца.

– Нет, не тот провод, что в доме, а от машины. Объясняю: снимаете колпачек со свечи бензинового двигателя, прикладываете провод высокого напряжения к зубу, а кто-то в это время быстро прокручивает заводную ручку или стартер. Сначала ощущение, будто голова взрывается, потом боль проходит. Ток убьет нерв в больном зубе. Правда, потом зуб разрушится, его уже не восстановить.

– Вы садист какой-то, полковник. Вас надо было не начальником центра назначать, а следователем в гестапо.

– Я бы справился, герр оберштурмбаннфюрер. Значит, до обеда вас точно не будет?

– Нет.

– Ну, если решили лечиться, то правильно. Я знаю, что такое боль, только зачем в госпиталь? В Риге полно, как мне рассказывал Краус, врачей, занимающихся частной практикой.

– Разберусь.

– Не забудьте, пожалуйста, сообщить о курсантах.

– Обязательно, прямо сейчас позвоню штандартенфюреру Тимме.

– До связи, герр оберштурмбаннфюрер.

Полковник отключился.

Рейтель уже по другому телефону, по закрытой и защищенной линии управления, набрал берлинский номер.

Ответил женский голос:

– Алло. Шарфюрер Бинге.

– Оберштурмбаннфюрер Рейтель. Доброе утро, фрау Бинге!

Ремезов знал эту даму, она была замужем за гауптштурмфюрером, заведующим хозяйственной частью управления.

– Доброе, герр Рейтель, хотя в Берлине поливает дождь.

– Обожаю дождь, особенно мелкий, нудный – осенний.

– Серьезно? А у меня в дождь голова болит, по мне лучше солнце.

– Будет и солнце. Мне, Ева, нужен штандартенфюрер Тимме.

– О, он как раз недавно сообщил, что будет в кабинете. Соединяю.

Послышался треск, гудок и голос начальника спецотдела VI Управления РСХА.

– Да.

– Оберштурмбаннфюрер Рейтель. Приветствую вас.

– Здравствуйте, Рейтель. Что-то случилось?

– Один вопрос.

– Задавайте.

– Когда в учебный центр прибудет первая партия кандидатов в курсанты?

После непродолжительной паузы штандартенфюрер спросил:

– А разве она еще не на объекте?

– Нет. Я минуту назад говорил с Груновым, он-то и попросил меня узнать.

– Мне доложили, что первые двенадцать человек уже выехали из Даугавпилса в 4 утра. Колонна из «Кюбельвагена» и грузовой машины. Расстояние до Риги – около двухсот двадцати километров, уже должны были прибыть.

– Возможно, задержались из-за технической поломки. Я уточню. Значит, двенадцать человек?

– Да, этих нет надобности держать в спецприемнике. Пусть Грунов сразу же оформляет их в курсанты, а инструкторы начинают работу с ними.

– Понял, передам в учебный центр. Извините, когда ожидать вторую и последующие партии?"

"– В течение недели в центре будет двадцать два человека, по остальным пока работаем. В этот центр кого попало брать нельзя.

– Согласен. Все понял.