Ледяное взморье

– Что ж, докладывай в центр обстановку, вот тебе условная карта, пусть работают ребята Голованова.

– Завтра в 10.00 мы с Ингой все передадим. Когда придет ответ из центра, не знаю, возможно, во время сеанса, потому как резервный день связи – четверг, а тянуть наши не будут.

– Наши действия?

– Как только я получу шифрограмму из Москвы, мы встретимся. И тогда, когда все станет на свои места, составим окончательный план действий по всем направлениям.

– Добро. Чаю выпьешь?

– Нет, прогуляюсь по саду и назад в центр. Я должен находиться там ежедневно. Я и так нарушаю инструкции. Хорошо, что хоть Краус – трусливый малый, боится пожаловаться штандартенфюреру Тимме. Хотя, скорее, не трусливый, а умный. Полковник в худшем случае объявит мне выговор, а вот я могу доставить Краусу гораздо большие неприятности.

– Да, работенка у тебя!

– Обычная работа разведчика глубокого внедрения.

Отработав день в учебном центре, Рейтель направился в Ригу. По дороге остановился у телефона-автомата, набрал номер.

– Да? – раздалось в трубке.

– Приветствую, Ругерс. Это я, узнал?

– Конечно.

– Надо поговорить.

– Когда и где?

– Я подъеду к бульвару Бривитас, к памятнику Свободы, недалеко от твоей улицы. Подходи туда. Увидишь машину, попроси у водителя закурить. Я скажу, что надо сделать.

– Хорошо. Когда?

– Я буду на месте минут через двадцать.

– Понял."

"Рейтель издали увидел памятник, вернее, установленную на девятнадцатиметровом пилоне девятиметровую фигуру «Свободы» – женщины, держащей на вытянутых руках три звезды, символизирующие три провинции Латвии. «Свобода» была установлена на месте бывшего памятника Петру I.

Он подъехал к четырехэтажному зданию недалеко от монумента, где располагались магазинчики и кафе. Встал так, чтобы машина была видна от памятника.

Вскоре к нему подошел руководитель рижского подполья Иверс Ругерс.

– Господин офицер не угостит латыша сигареткой?

Рейтель взглянул в зеркала. Ругерс сказал:

– Все «чисто», мои люди смотрят за площадью и бульваром.

– Хорошо, Иверс, мне нужен «Кюбельваген» и «Опель», лучше с документами и номерами.

– Когда?

– Завтра.

– Куда подогнать?

– А что, есть такие автомобили?

– Есть, могу предложить даже представительский «БМВ».

– Нет, благодарю. «Кюбельваген» и «Опель». Документы, конечно, липовые?

– Документы – да, но при проверке не отличить от настоящих, только при экспертизе. Номера армейские, из одной дивизии, которая недавно была отправлена на Восточный фронт. Тогда-то мы и позаимствовали у гитлеровцев эти автомобили.

– Значит, номера армейские?

– Да, но можно поставить и обычные.

– Нет, пусть останутся армейские. По «Кюбельвагену»: ты дорогу на Зирбе знаешь?

Латыш усмехнулся.

– Естественно, я здесь знаю все.