Ледяное сердце Элленхейма (СИ)

— Давайте дадим ее высочеству отдохнуть. Мы продолжим разговор завтра, на свежие головы. Господин лекарь, прошу вас, окажите принцессе необходимую помощь.

Доктор поклонился, но Кайса не разочаровала меня.

— Я уже почти в порядке, отец! Я сделала всего несколько глотков отвара. И господин лекарь уже дал мне противоядие. Я могу и слушать, и говорить! Прошу вас, давайте выясним всё сейчас! И если вы считаете, что спальня неподходящее для этого место, то я смогу дойти до малой гостиной.

Мы так и поступили — перешли в гостиную, где в ходе расследования собирались уже дважды. Только на сей раз их высочества расселись по-другому.

Принцесса Кайса и господин лекарь, в руках которого был чемоданчик с лекарствами, заняли отдельный диван. А принцесса Элина села рядом с отцом. На лице ее застыло холодное, безучастное выражение, и теперь мне уже казалось странным, что когда-то я считал его красивым.

Я видел, что время от времени мой младший сын и принцесса Алда обменивались тревожными взглядами. В этой истории мне больше всего было жаль именно их.

На сей раз в гостиной присутствовало куда больше людей, чем прежде. Хотя его величество и пытался убедить меня, чтобы я отослал свою свиту. Но я настоял на своем. Друзья и слуги моего сына имели право знать правду.

— Ну, что же, ваше величество, — обратился ко мне король Матиас, — извольте объяснить нам, зачем моей младшей дочери потребовалось бы убивать своего жениха. Человека, за которого она хотела выйти замуж. Этот брак сулил ей слишком многое. Через него она однажды могла стать королевой Нерландии. Так зачем же ей было лишаться всего? Только не говорите мне про ревность! Мои дочери воспитаны так, как подобает королевским дочерям. Они прекрасно знают, что такое долг перед семьей и перед страной. И даже если бы жених вдруг изменил Элине, у нее хватило бы достоинства и выдержки, чтобы сделать вид, что ничего не произошло.

— Да, разумеется, ваше величество, — согласился я. — Если бы всё было именно так, то принцесса Элина смирилась бы с ветренным нравом моего сына. Она простила бы ему любые интрижки, если бы знала, что он женится на ней и рано или поздно сделает королевой. Но дело было как раз в том, что он вовсе не собирался жениться на ней!

Говоря это, я наблюдал за ее высочеством. Принцесса Элина вздрогнула, когда я это сказал. Вздрогнула и сильно побледнела.

— Что за чушь, ваше величество? — не сдержался король Матиас. — Все мы знали, что принц Вегард был влюблен в мою младшую дочь и собирался сделать ей предложение!

— Да, — не стал спорить я, — он был в нее влюблен. Но дело в том, что он тоже был воспитан как дитя короля и думал прежде всего об интересах государства.