Ледяное сердце Элленхейма

Бьорн жаждал откровенного разговора, но пока мне нечего было ему сказать — сначала я хотел услышать признание Лотты. Своими ушами. И убедиться, что она говорила правду. О, какое бы облегчение я испытал, если бы это было действительно так.

— Вы не хотите поверить в то, что брата убила какая-то горничная, потому что это было бы унизительно для памяти Вегарда?

— Не говори ерунды! — оборвал я сына. — Я всего лишь хочу, чтобы настоящий убийца был найден и получил наказание. А теперь дай мне немного отдохнуть. И отдохни сам. Нам потребуется немало сил для того, чтобы выслушать признание этой девки.

Бьорн ушел, а я упал на кровать и пролежал, закрыв глаза, не меньше часа — пока мне не сообщили, что его величество приглашает меня в малую гостиную, куда вот-вот должны привести горничную Лотту. Я велел посыльному сказать то же самое и Бьорну, а сам вызвал слугу. Мне нужно было привести себя в порядок."

"В малой гостиной собрались только члены королевских семей. Мы раскланялись с хозяевами, но желания завести беседу ни у нас, ни у них не возникло. Мы с Бьорном сели на отведенные нам места.

Дверь отворилась, и начальник королевской стражи ввел в гостиную бледную дрожащую девушку. Плечи ее буквально сотрясались то ли от холода, то ли страха. Ульсен вывел ее в центр комнаты. В присутствии короля ей полагалось стоять, но она так слаба, что покачнулась и рухнула бы на пол, если бы стражник ее не подхватил. Его величество подал знак, и Лотту усадили на стул.

Я окинул ее внимательным взглядом с головы до ног. Конечно, на ней было длинное платье, но ни на лице, ни на шее, ни на видимых частях рук не было видно следов побоев или пыток. Да я и изначально предполагал, что король Матиас на это бы ни пошел — под пытками можно было получить любое признание, но доверия к нему было бы немного.

И всё-таки девушка признала себя виновной. Почему? Потому что на самом деле была убийцей? Или ее запугали чем-то, чему она не смогла противостоять?

— Лотта Вайн, посмотри на меня! — раздался громкий голос Матиаса.

Девушка подняла голову. На лице ее не было написано ничего, кроме усталости и равнодушия.

— Признаешь ли ты себя виновной в убийстве его высочества принца Вегарда?

— Да, признаю! — она кивнула.

— Расскажи, как это произошло, и что послужило тому причиной.

Она начала рассказ не сразу. Долго молчала, словно собираясь с силами.

— Его высочество был груб со мной, он принудил меня вступить с ним в недостойную связь. Потом он пообещал дать мне денег, чтобы я могла оставить службу во дворце и купить дом в деревне. Но он обманул меня, и я решила ему отомстить. Я приготовила отвар из верданы и принесла его принцу. Что случилось потом, я не знаю. Я просто налила отвар в кувшин. Я понимала, что рано или поздно он выпьет его.