Ледяное сердце Элленхейма

Он был красив – красив той самой мужской красотой, что заставляет взволнованно биться девичьи сердца. Но думала я об этом лишь мгновение, а потом переключила свое внимание на принцев.

Один из сыновей пошел в отца – он был таким же статным и красивым. Только волосы его были не темными, а цвета спелой пшеницы. И, в отличие от своего отца, он, кажется, умел улыбаться. И в ответ на его улыбку уголки моих губ тоже приподнялись.

А вот второй принц не произвел на меня особого впечатления. Он тоже был светловолосым, но не отличался ни статью, ни правильными чертами лица. И хотя он тоже силился улыбаться, было видно, насколько трудно ему это давалось. И он был неуклюж и, кажется, прекрасно это знал и оттого смущался еще больше.

– Благодарю вас, ваше величество! – ответила матушка на похвалу короля Нерландии. – Надеюсь, вы сумеете оценить не только красоту, но и другие их таланты.

– Ничуть не сомневаюсь в этом, ваше величество, – галантно поклонился тот. – Мы приехали сюда, готовые восхищаться всем, что вы изволите нам показать.

Отец пригласил гостей к столу, и когда они опустились на отведенные им стулья, и мы, и придворные тоже стали рассаживаться вокруг длинного, уставленного яствами стола.

У нас во дворце были собраны лучшие в Терции повара, и сейчас они постарались на славу. Фаршированные яблоками запеченные гуси, тушеная с зеленью баранина, заливное из свежайшей речной рыбы, несколько видов нежнейших сыров. Да всего и не перечислить!

Первые полчаса прошли почти в молчании – гости отдавали должное еде, и лишь сидевшие во главе стола два короля негромко разговаривали друг с другом. Но когда первый голод был утолен, отец повысил голос и объявил:

– Ну, что же, теперь, я полагаю, настало время побольше рассказать вам о моих дочерях!

Я была не робкого десятка, но при этих словах мое сердце бешено застучало.

Глава 8. Эйнар"

"Мне казалось, что в Терции всё было другим, не таким, как у нас, в Нерландии. Терция находилась к югу от нас, и здесь было меньше покрытых льдом гор и больше лесов, в которых, должно быть, можно было славно поохотиться. Но это ощущение чего-то нового было связано не только с природой, но и с людьми. Мне показалось, что они здесь чаще улыбались.

С королем Терции Матиасом Вторым – из династии Бруннельдов – я был знаком и прежде, а вот его супругу и дочерей увидел впервые. Королева Вэйра оказалась красивой женщиной, и дочери вполне унаследовали ее красоту. Но принцесс было семеро, и сходу разобраться, кто есть кто, было совершенно невозможно. Они были похожи на стайку птиц – веселых, говорливых.

Я надеялся, что хотя бы одна из них понравится кому-то из моих сыновей, дабы наш визит не оказался напрасным.