Ледяное проклятье

Могучие звери передвигались столь неслышно, что я не заметил их приближения, увлеченный разговором с Лени. А один из сгархов стоял в полушаге от меня, заинтересованно обнюхивая вьющиеся в воздухе щупальца. Еще три зверя легли на снег в пяти шагах позади своего вожака."

"— Не дергаться! — сдавленным голосом велел я, с трудом удерживая себя от шага назад и скользя глазами по толстенным лапам, мощной груди, залитой шурдской кровью шерсти и здоровенной морде с клыкастой пастью. Сгарх шумно выдохнул, и мое незащищенное лицо обдало дыханием зверя. Едва-едва теплым, практически неощутимым и совершенно не несущим с собой обжигающей боли… но очень влажным. Машинально тряхнув головой, чтобы стряхнуть с лица капельки слюны, я опустил взгляд и невольно дернулся, увидев, что на покрытой алыми пятнами крови передней лапе не хватает двух когтей.

— Ну здравствуй, старый знакомец, — усмехнувшись, произнес я, вскидывая голову и вглядываясь в непроницаемые, но явно умные глаза зверя.

«Я помню тебя… но ты стал другим…» — прошелестело у меня в голове, и в полной оторопи я едва не брякнулся задом на снег.

Морда сгарха нависла надо мной, с чудовищных клыков стекала вязкая слюна, но сейчас я мог думать только об одном: показалось или нет?

Все мои сомнения развеял Тикса. Подпрыгнув, коротышка истошно завопил:

— Говорить! Зверюха говорить!

— Заткнись, Тикса! — сдавленным голосом велел ему Лени, произнеся эти слова почти нормальным голосом.

— Тихо, — прошипел я не оборачиваясь и, взглянув в глаза сгарха, добавил: — Да, я изменился. Спасибо, что убили шурдов. Вы помогли нам.

Чуть помедлив, словно пытался понять смысл моих слов, сгарх фыркнул и, лениво мотнув головой, сбросил с морды парочку моих любопытных щупалец.

«Они враги… приходят в наши норы, когда мы спим… когда в норах плачут еще слепые и беспомощные детеныши… когда мы не можем сражаться… мучают жарким огнем и зеленым светом, пока не станем слабыми… пока не покоримся и не примем их волю… меня тоже жгли… я покорился… ты видел…»

— Да, я видел тебя и помню, — произнес я, все еще в шоке от того, что сгархи разговаривают, вернее, передают свои мысли без помощи пасти. И не только мне — мои спутники, без сомнения, слышали каждое слово. Сгархи разумны. И владеют магией или каким-то крайне на нее похожим даром.

«Я благодарен… вы убили повелевающего мной, и я вспомнил… вспомнил себя… — вновь прошелестел бесплотный голос. — Почему вы здесь… почему не в своих норах?..» — У меня в голове возникла неожиданно четкая картинка: возвышающаяся посреди заснеженной холмистой равнины мрачная черная скала с отвесными стенами. Подкова. Наш дом.

— Мы идем туда, — ответил я. — Но идем медленно. Наши ноги не могут идти по снегу так быстро.