Леди травница

Имеются какие-то возражения?

– Нет, лорд Вестон, – отвернулась я. Возразить тут действительно было нечего, но сердце остро чувствовало несправедливость.

Прежде чем мы нашли, где остановиться на ночь, пришлось поплутать по незнакомой местности. Я дремала в карете, все так же ощущая на себе кокон из теплого воздуха. Эдрик умудрялся согревать меня, даже находясь далеко, за что я ему была искренне благодарна. Война, как показал опыт, сближает людей, стирает прошлые обиды, и я рада, что принц больше не терроризирует меня. Удивительные метаморфозы преподносит нам жизнь: тот, кто был всем для меня, стал абсолютно чужим, а тот, кто ненавидел, теперь оберегает и ведет себя как добрый друг.

На первом этаже постоялого двора, как и во всех подобных заведениях, располагался трактир. Отличие от привычных мне составляло наличие у входа металлической вешалки, полностью загруженной верхней одеждой. Тулупы, подбитые мехом плащи и даже несколько шуб тесно висели рядом друг с другом. В хорошо протопленном зале веселье шло полным ходом. Играли музыканты, громко произносились тосты и массивные деревянные кружки ударялись круглыми боками друг о друга.

Странно было все это наблюдать, учитывая то, что еще сегодня утром я находилась в эпицентре войны. Там, если удавалось спокойно попить чай или сытно поесть, было уже хорошо. В ушах у меня до сих пор стояли стоны раненых, а перед глазами всплывали перекошенные болью лица. Здесь же лица были обезображены алкоголем, и я со злостью подумала, что была бы совсем не против, долети до этих людей хотя бы один дракон. Быстро одернула себя, напомнив, что не имею никакого права судить кого бы то ни было. Но контраст поражал и бил по нервам наотмашь.

Нам быстро накрыли на стол. Простой ужин, состоявший из исходящего дымком, хорошо прожаренного мяса и овощей. От бражки и медовухи лорд-канцлер за всех отказался. Ели быстро и молча, после разошлись по комнатам. Эдрику и еще одному воину выпало дежурить, а мне пришлось делить номер с лордом Вестоном. Возражать не стала. Как показала практика, это ровным счетом ничего бы не изменило, да и глупо бы выглядело, учитывая все то, что между нами было. Я решила держать себя с полагающимся леди достоинством, но так, чтобы лорд Вестон понял: пути обратно у нас нет. Все выжжено дотла и назад уже не вернется. Из пепла не воскресить былого, не под силу это даже талантливому магу жизни.

Я разделась до нижнего белья – война быстро лишает любого стеснения – и юркнула под одеяло. Его Светлость погасил свет и тоже лег.

– Ты изменилась, Марианна-Эстель, – заметил он. – Стала еще прекраснее, но будто бы старше на несколько жизней. И в этом я виню себя.

– Не стоит, – хрипло ответила я.