Леди травница

– Нам есть куда торопиться? – спрашивала я, но магистр на эту удочку не велся.

– Никто не знает, куда свернет жизнь, – отвечал он. – Нужно быть готовыми ко всему.

– Именно, – кивнула Амелия, воспользовавшись тем, что наставник от нас отошел. – Вдруг на тебя кто-то польстится и нападет в подворотне, а ты и защититься-то не сумеешь, – звонко хихикала она.

– Ты, я смотрю, тоже не особо преуспела, – кивнула я на ее «дырявый» щит. – Или не боишься, что кто-то польстится?"

"– Деревенщина! – фыркнула девушка и отвернулась, делая вид, что я более не достойна ее внимания.

Глава 12

Еще одна новость, потрясшая меня до глубины души, пришла с утра. Столичные газеты самозабвенно трубили о новой помолвке герцога Ирривии, лорда Дрейка Вестона и леди Лидии Мирано, дочери графа Мирано, владельца крупнейшей на территории Королевства сети металлических рудников. Свадьба назначена на первый день следующей осени. Наш университет хоть и был полузакрытым учреждением, но располагался в самом сердце столицы, а потому неудивительно, что горячие новости в кампус проникали беспрепятственно, притом в самые кратчайшие сроки.

За завтраком в столовой все только и обсуждали заключенную помолвку, с удовольствием перемывая кости леди Мирано, уже один раз разорвавшей с лорд-канцлером договор. И вот теперь она с триумфом вернула сданные добровольно позиции. Матушка лорда Вестона наверняка пребывает в восторге по этому поводу, не зря же встречалась с Лидией в ресторане. А может, именно тогда леди Вестон и поспособствовала заключению нового союза, пока я, ни о чем не подозревая, млела в компании брата и лорда Вестона.

Тех студентусов, кто был не в курсе пикантной истории, охотно просвещали, не забывая уточнять и про причины предыдущего разрыва. Тут и там раздавались взрывы хохота. Скабрезные замечания про лорд-канцлера почти не задевали. Гораздо больнее было узнать о том, что человек, обещавший мне все и даже больше, на деле польстился широкими возможностями отца той, что уже однажды сочла своего жениха недостойным. В свете грядущей войны железная руда, может и стала цениться дороже золота, но вот дороже чести – вряд ли.

Лекции и практические занятия в тот день прошли мимо меня, но не думаю, что хоть кто-то догадался связать это с утренней новостью. Слезы так и норовили навернуться на глаза, но каждый раз я напоминала себе о том, кем теперь являюсь, и спина самопроизвольно выпрямлялась, а веки оставались сухими. Разве что Силия заподозрила неладное. За недели, проведенные вместе, соседка успела неплохо меня изучить.

– Это ведь герцог Ирривии привозил тебя тогда в университет? – ореховые глаза внимательно изучали меня.

– Да, – осторожно ответила я.