Леди травница

 – Чтобы мне не пришлось гореть в агонии, пока вы обнимали вашу бывшую невесту и смотрели на меня как на камушки под сапогами!

– Не мог, моя девочка, – выдохнул Его Светлость и поцеловал в висок. – О нашем с тобой общении королю тоже стало известно, теперь и я под плотным колпаком его внимания. Мои же подчиненные доносят ему обо всем, а свиток прочитывается. Поэтому единственный наш шанс – это сделать вид, что ты действительно собираешься замуж за фливалийского принца. Портить отношения с соседним государством наш король не станет, тем более сейчас, когда с моря приходит угроза.

– Какая угроза?

– Не могу тебе сказать, – покачал головой лорд-канцлер. – Но, боюсь, что скоро наступит война, и по сравнению с ней наша двухсотлетняя покажется легкой неприятностью. Весь наш континент ждет смерть и разруха, если мы не сумеем сдержать угрозу. Потому сейчас так важны добрые отношения с соседями, и мы можем это использовать, чтобы уберечь тебя от принца Эдрика.

– Но почему у нас тогда все так спокойно? О войне даже слухи не ходят…

– А ты бы на месте правителя стала распространять подобные новости? Поэтому, Мари, я прошу тебя набраться терпения и верить мне, – почти черные глаза затягивали в свои омуты, и я как всегда не имела сил сопротивляться им. Притяжение к лорду Вестону и на этот раз оказалось сильнее любых обид и разочарований.

– Вы – ужасный человек, – пожаловалась я.

– Не спорю, – губы Его Светлости растянулись в самодовольной улыбке. – Но ты сама сделала свой выбор. Я давал тебе шанс отказаться, а ты не стала, – последние слова лорд-канцлер уже шептал мне на ухо.

Мурашки как всегда не заставили себя ждать, и вот я уже сходила с ума под градом пока еще невинных поцелуев Его Светлости. Под кожей все горело, и я могла лишь что-то невнятно стонать.

– С ума меня сводишь, – бормотал он и продолжал осыпать мое лицо поцелуями. – Я убью Ле’мана за это платье, все мужчины сегодня глаз с тебя не сводят.

– Все, кроме одного, – напомнила я.

В ответ раздалось рычание, и больше говорить я не могла – лорд Вестон заткнул рот диким, жадным поцелуем, как бы наверстывая все то, чего вынужден был лишиться, делая вид, что равнодушен ко мне. И я отвечала, вжималась в тело Его Светлости со всей силой, зарывалась пальцами в волосы, вдыхала в себя его запах и будто старалась впитать в себя любимого как можно больше и как можно глубже. Запечатлеть его образ и этот момент в каждой клеточке своего тела. Удостоверить себя, что лорд-канцлер – только мой, вопреки всем сомнениям и внешним препятствиям.

А потом оказалось, что это был не поцелуй-наверстывание, это был поцелуй-прощание, поцелуй-надежда. После того разговора в каморке мы с лорд-канцлером больше не виделись.