Служанка-леди

Это был наш танец, только наш, я плыла на волнах музыки в нежных объятиях Эрсанна, и кроме нас двоих больше никого в мире не осталось… Когда стихли последние аккорды, я как будто очнулась от чудесного сна.

— Спасибо, — тихо произнес Эрсанн, глядя мне в глаза, и поднес мою руку к губам. — Любовь моя.

Теплый поцелуй родил мягкую волну мурашек вдоль спины, я нежно улыбнулась ему, а потом оглянулась на Лореса. Услышала смешок, и мою ладонь отпустили.

— Иди к нему, Яночка.

И я пошла, конечно же. Однако Лор не стал послушно дожидаться, направившись навстречу, и в центре зала мы встретились, не сводя друг с друга взглядов. А этот танец — наш. Чуть быстрее, не такой плавный, как предыдущий, и фигуры посложнее, но я не волновалась — Лорес отлично вел, не давая сбиться. Я купалась в той любви, что светилась в его глазах, и знала, он видит то же самое чувство в моих. И пусть нам завидуют, да. Сегодня, в глазах света, я стала официальной невестой лордов Морвейнов, старшего и младшего. И хорошо, что обошлось без пафосных прилюдных предложений и вставаний на колено. Лишнее это. Мне хватает двух колец на пальце и браслета-татуировки на руке. Когда музыка стихла, и мы замерли, глядя в глаза друг другу, сердце колотилось часто-часто, я снова медленно возвращалась в реальность. В которой вдруг раздались громкие хлопки гостей. Ой. Это нам, что ли?.. Я неожиданно смутилась, ощутив, как вспыхнули щеки, Лор широко улыбнулся и мягко привлек к себе, обняв крепче. Да, к такому публичному вниманию я еще не привыкла…

Дальше танцы начались уже для всех, и мы отошли к одному из столиков, где ждал Эрсанн. В общем и целом, больше ничего такого особенного от нас не требовалось, официальная часть закончилась, и народ просто развлекался танцами, разговорами, кто-то из мужчин пошел в бильярдную, в том числе и Солерны. Вечер неспешно катился своим чередом, я еще пару раз станцевала с Эрсанном и Лоресом, попыталась узнать у леди Шайген про старшее поколение Морвейнов, получила в ответ ехидную усмешку и загадочную фразу, что оба мне понравятся, как и я им. Больше самая главная сплетница Мангерна ничего не сказала, отговорившись тем, что собирать слухи о своей семье нехорошо. Ладно, тогда попытаю Эрсанна, какие у него родители, и пусть только попробует отшутиться.

А потом в мою бедовую голову все настойчивее начала стучаться мысль, что пора бы как-нибудь осуществить свою провокацию, ту самую, ради которой я не надела под платье ничего. Два бокала вина, которые выпила, весьма способствовали игривому настроению, а тут еще на столе увидела вкуснющие пирожные Дорберта, с воздушным ванильным кремом. Вспомнила один фильмец, который когда-то видела, и как Моника Белуччи соблазняла Клайва Оуэна пальчиком, обмакнутым в йогурт… Оууу.