Служанка-леди

На его губах блуждала задумчивая улыбка, а на дне темно-голубых глаз мягко серебрилась нежность. Я неожиданно смутилась от его откровенного взгляда и отвернулась, уткнувшись носом в шею Эрсанну. Подозреваю, дальше лорды начнут растягивать удовольствие приручения меня, ведь в этом тоже есть своя прелесть, не получить все сразу, а постепенно, по чуть-чуть. Ой, ладно, не буду думать. Сейчас бы ванную, расслабиться, а потом поужинать, и можно немножко повышивать, пока совсем темно не стало.

Меня понесли к моей спальне, и к некоторому волнению Лорес шел за нами. Дверь опять открылась без малейших усилий со стороны Морвейнов, дрема окончательно слетела, едва Эрсанн переступил порог комнаты, а за ним и Лорес. Младший уверенно направился к кровати, меня поставили на пол и развернули спиной.

— Ужинать хочешь или позже? — невозмутимо спросил Эрсанн, и… начал расстегивать пуговицы на платье.

— А… — дыхание перехватило, мой взгляд метнулся к Лоресу — он оставил пакет на кровати и теперь подошел к гардеробной. — С-сейчас можно. Эрсанн, что ты делаешь? — я попыталась отойти — еще не хватало, чтобы Морвейны моими личными горничными работали. И вообще, еще день, светло, и я сама в состоянии переодеться.

— Помогаю тебе раздеться, — последовал невозмутимый ответ, а Лорес достал из гардеробной халат — длинный, из вышитого шелка, один из тех, что купил мне раньше он же с отцом. — Ты ведь устала, — весело добавил он.

Вот же нахальные, а, раскомандовались тут. Дальше разволноваться и надумать лишнего мне не дали.

— Расслабься, Ян, — шепнул Эрсанн, обняв одной рукой и прижав к себе, вторая в это время неторопливо спустила ткань с плеча. — Все уже, не будет у тебя отдельной спальни.

Теплые, мягкие губы нежно прижались к изгибу шеи, а от слов старшего лорда внутри все перевернулось. Вот и озвучили, Яна, принятое решение. Даже думать не надо и волноваться зря. Точнее, волноваться-то все равно буду, куда денусь, но вот от мучительных размышлений, надо оно мне или нет, любезно избавили. Просто сделали то, что нужно нам троим, без лишних объяснений и уговоров. ""Ты не веришь словам, поверь поступкам"". Да уж, красноречиво. Вот она, поговорка в действии, ""мужик сказал, мужик сделал"". И никаких ""пошутил"", как любили добавлять в моем мире. Я замерла в руках Эрсанна, коленки неожиданно ослабли от остро пронзившего понимания — к прошлому возврата нет совсем. Мои глаза не отрывались от Лореса, пока он подходил, держа халат в руках, а его отец между тем уже стянул с меня платье. Оно с тихим шелестом упало к ногам, и я осталась в одной коротенькой сорочке, чулках, ну и трусиках. Кстати, не обычных, хлопковых, а в симпатичных из тонкого льна, с оборкой по краю и неизменными ленточками, только спереди, а не сбоку. Были и такие среди белья. Ой.