Леди-самозванка в Драконьей Академии Магии (СИ)

Не теряя драгоценного времени, быстренько на четвереньках поползла к противоположной стене...

Не вышло...

Пространство осветила яркая вспышка, выдавая мое присутствие. Зажмурившись, прикрыла глаза ладонью.

— Анабель Лакруа! — воскликнул Жак Жакович. — И почему я не удивлен?! Почему вы всегда оказываетесь там, где вас не должно быть?

Замерев, я моргнула. Влипла. Вот теперь я действительно вляпалась по самое не балуй. Выдохнув, переборола нахлынувший страх и поднялась с колен. Распрямилась и повернулась к домовому.

— Я Мирабель Гимера, невеста наследного принца Альманца Дункана Рамирье. Дочь Ночного Короля столицы. И я очень вам сочувствую Жак Жакович.

— Сочувствуете? — маленький мужчина недоуменно приподнял бровь. — Отчего же?

— Ну как, — пожала плечами. — Я опять оказалась в том месте и в то время. Так что я вам сочувствую. После нашего визита к личу стало многое понятнее, — «Что я несу, Боги!». — Осталось прояснить мелочи. И вот я здесь.

Улыбнувшись, ощутила, как мгновенно пересохло в горле. Магический свет, который призвал Жак Жакович, рассеивался и снова становилось темно. Но помочь этот полумрак мне уже никак не мог.

— Что же, студентка Лакруа...

— Гимера, — упрямо исправила я его. — Мирабель Гимера. Агент тайной канцелярии принца. Сестра-близнец жены лорда главного дознавателя королевства. Прибыла расследовать исчезновение двух девушек фей. Думаю, вы их прекрасно помните.

Домовой замялся. Я же корила себя за то, что так и не научилась искусно врать. Кажется, это умение, весьма, полезное в быту.

Хм...

— А за юбку спасибо, — я улыбнулась шире, — надеюсь, вы ее почистили. Ревность профессора Лагрю просто подарок. Мы как раз обсуждали, как дать вам понять, что мы посетили местный погост. И стук в дверь, а на пороге не кто иной, как вы. Одно плохо, найти вы меня не должны были, но это нюансы. Учитель Триаль все равно успел подать сигнал нашим сообщникам, хоть он, наверное, и не понял этого.

Моя улыбка стала просто запредельной. Дается мне, это подкатывала истерия. Но терять было уже нечего, а молить о пощаде бесполезно.

Глава 70

Взгляд домового изменился. Через старческие, потерявшие яркость глаза на меня смотрело чудовище. Смотрело оценивающе, изучающе. Жестоко и расчетливо. Сглотнув, я осознала, насколько мне страшно.

Холодный пот прошиб затылок. В животе скрутило. Но я продолжала стоять и улыбаться. Через силу, через ужас. Потому что так было надо. Если он не поверит мне сейчас — убьет на месте.

Игры в расследование закончились. Я волею собственного любопытства выползла на арену, где орудовал настоящий серийный убийца, лишенный всякой морали. Потерявший всякую жалость и сострадание.Вскинув голову, я приподняла бровь. Сердце забилось как в лихорадке.

Я молила себя стоять и сохранять лицо.