Леди полуночи

Сохранившаяся после ранения хромота придавала его шагам какой-то странный ритм.

Перехватив любопытный взгляд Торна, Райклиф пояснил:

– Иногда хождение помогает.

Но явно не всегда: ребенок продолжал кричать. Брам, тихо выругавшись, закатанным до локтя рукавом сорочки вытер вспотевший лоб.

– Я все еще твой командир, так что не вздумай рассказать Сюзанне, чем я тут занимаюсь. Это приказ.

С этими словами он окунул мизинец в стакан с бренди и сунул затем в рот ребенку. Малышка Виктория тут же замолчала и с видимым удовольствием принялась сосать палец.

– Господи, помоги! – пробурчал Брам, глядя на дочь. – Представляю, сколько мороки будет с тобой, когда тебе исполнится шестнадцать.

Он перевел дух и посмотрел на Торна.

– Итак. Ты уверен, что хочешь этого?

– Хочу чего? – осторожно спросил Торн.

– Почетной отставки. Не ребенка же, конечно. Хоть она и громогласна, я не собираюсь с ней расставаться.

– Ну разумеется. – Торн откашлялся. – Отвечая на ваш вопрос… Да, милорд. Я уверен.

– Прекрати ты эти придворные расшаркивания! Я спрашиваю тебя не как лорд слугу и даже не как командир подчиненного, а как друг – друга. – Малышка выпустила отцовский палец изо рта, явно задремав, и Райклиф, продолжая ходить по комнате, только теперь медленно, заговорил шепотом: – Я должен быть уверен, что тебе действительно этого хочется. Ты мог бы сделать отличную карьеру в армии. Я занимаю высокий пост, поэтому могу с легкостью выхлопотать тебе офицерский чин, лишь пожелай.

Эти слова заставили Торна задуматься. То, что предлагал Райклиф, трудно было назвать мелким одолжением. Если принять офицерский чин, это позволит ему занять высокое положение в обществе и иметь приличное жалованье до конца своих дней, а значит, и содержать семью.

– Это большая щедрость с вашей стороны…

– Ни слова о щедрости. Это всего лишь жалкая компенсация. Ты спас мне не только ногу, но и жизнь, не говоря уж о том, что годами служил верой и правдой.

– Я выполнял свой долг. Теперь мне стало тесно в Англии, не то что раньше. Хочется простора. И поменьше цивилизации.

– Значит, отправляешься в Америку. Чем будешь заниматься?

– Для начала заделаюсь траппером. Денежное занятие, я слышал.

– Вне всякого сомнения, тем более что у тебя талант выслеживать дичь. – Брам покачал дочь. – Никогда не забуду, как в Пиренеях, имея при себе лишь штык, ты поймал… Что это было, напомни?

– Да, сурка. Жилистого и вонючего мерзавца. Будь уверен, я еще не скоро закажу жаркое из сурка, но в тот момент вкус у него был роскошный. Еще бы, это же было первое настоящее мясо за две с лишним недели. – Райклиф кивком указал на свои конторские книги. – Могу ли я предложить тебе некую сумму? Позволь мне сделать такую малость. Мы назовем ее ссудой.

Торн покачал головой.