Леди полуночи

– Прекрасно, – совершенно искренне заявил Торн, и грудь у него медленно поднялась и опустилась.

– Ты называла меня Сэмюэл.

Кейт вдруг словно услышала звон колокольчика. И начали всплывать воспоминания, которые скопились где-то на периферии сознания. Когда она пыталась схватиться за них, они ускользали, но Кейт чувствовала, что они были там и дожидались своего часа, смутные и темные.

– Наши матери жили в одном доме.

– Но ты говорил, что твоя мать была проституткой.

Его губы превратились в узкую жесткую линию.

О нет! Кейт задохнулась. Вывод был настолько очевиден, насколько ужасен.

– А моя… Она все еще жива?

Торн медленно покачал головой.

– Нет. Умерла, когда тебя отправили в школу.

Кейт невидящим взглядом уставилась в одну точку. Ею овладел гнев, стремительно и неожиданно. Захотелось выругаться, завизжать, разрыдаться, разбить обо что-нибудь кулаки. Ей еще не приходилось испытывать такой острой и бессильной ярости, поэтому она не знала, как с этим быть.

– Прости, Кэти: правда не всегда приятна.

– Верно, неприятна, но это моя правда. – Оттолкнувшись от стола, Кейт поднялась. – И моя жизнь. Не могу поверить, что ты скрывал ее от меня.

Торн в смущении потер лицо рукой, а она продолжила:

– Не сомневайся, я могу это понять. Ты говоришь, что когда приехал в Спиндл-Коув прошлым летом, то сразу узнал меня?

– По вот этому? – Она дотронулась до родимого пятна.

– То есть ты сразу узнал во мне ту девочку из далекого детства, а сейчас считаешь меня… – Кейт помахала рукой. – …достаточно привлекательной, как ты однажды выразился.

– И даже более того.

– Насколько более? – Она широко развела руки, словно насмехаясь над ним. – Очаровательной? Красивой? Выше всяческих похвал?

– И первое, и второе, и третье, – остановил ее Торн. – Когда не кудахчешь как разгневанная курица, я думаю, что ты самая красивая женщина в мире.

Руки у нее опустились, гнев мигом испарился, и после неловкой паузы Кейт сказала:

– Вовсе нет, и ты это сам понимаешь. Я даже не самая красивая в Спиндл-Коув.

Торн выставил вперед руку.

– Давай остановимся на «желанной». Я нахожу тебя желанной.

– Прекрасно. Значит, ты узнал меня и нашел желанной.

– Однако, вместо того чтобы поговорить со мной, ты решил стращать и избегать меня в течение целого года, когда узнал, что я считаю себя брошенной сиротой, когда должен был понять, в каком отчаянии я пыталась найти связи с прошлым. Как ты мог так поступить со мной?

– Потому что так было лучше. Твои нечеткие воспоминания – это же благословение. Мы жили в таком месте, о котором лучше забыть. Мне совсем не хотелось причинять тебе боль.

– Не тебе решать! – Она гневно махнула рукой в сторону невидимого океана за стенами замка.