Леди Несовершенство

Я вам лгал? Я книгу привозил? И при чем тут мой возраст и социальное положение, если роман признан хорошим? Значит, рукопись рабочего тридцати восьми лет великолепна, но если ее написал студент, то дерьмо? Не желаете печатать? Ваше право. Но есть хвалебный отзыв рецензента. Перед тем, как в этот кабинет идти, я взял его копию в канцелярии. Напишу письмо генеральному секретарю ЦК КПСС, приложу листок с похвалой, пусть Политбюро узнает, как у нас творческую молодежь гнобят». И к двери. Главного редактора чуть инсульт не разбил. «Эдуард, стойте, мы вашу книгу опубликуем». Ну и пошло-поехало. Диплом МГУ Эдик получал, уже став членом Союза писателей.

– У него появились деньги, началась веселая жизнь. Девушки на Ромина вешались, меня он отодвинул. Я обиделась, мы не виделись какое-то время. Потом он позвонил: «Стелка, приезжай на день рождения». Гостей собралось немного, ближайшие приятели, все старше Эдика. Валентин Тимонин – ученый, востоковед, еще он писал музыку, стихи. Константин Вахрушев – известный композитор, художник Василий Колятин. Все с бабами, но не с женами. В процессе разговора выяснилось, что в браке состоит один Вахрушев, остальные нет. Зачем? Дети, супруга, скандалы, требование денег. Никто из них этого не хотел. А у Вахрушева был странный брак, он и супруга делали что хотели, детьми нянька занималась! Константин себя свободно вел. Развеселая холостяцкая компания, не обремененная никакими обязательствами, с полными кошельками денег. Эдик рассказал за столом историю опубликования своей первой рукописи. За меня выпили водки. И понесли ботинки Петю! Я на вино налегла, коктейлей намешала. Утром проснулась в кровати Ромина. С того дня мы с ним снова стали любовниками. Отношения наши со стороны могли показаться странными, но нас они устраивали. Мы совпадали по многим параметрам, в первую очередь в сексе. Я не создавала проблем, если Эдик кем-то еще увлекался. Он не переживал, когда у меня параллельно с ним начинался еще один роман. Очень хорошо жили. У Ромина был патологически оптимистичный характер. Случится у него беда, у Эдика лицо вытянется, в глазах удивление: во фигня! Через минуту он снова весел: «Не думай, Стелка, о ерунде, телега из грязи вылезет». И она всегда вылезала. Один раз он девчонку в Доме литераторов подцепил, домой привез. Трали-вали. Утром звонок в дверь, входят двое в черном. Девица была дочкой какой-то шишки из конторы, чье название лучше всуе не упоминать.

– Неприятно, – заметила я.

Стелла наклонила голову.

– Согласна. Но через день папаша красотки стал другом Эдика, сказал ему: «Дочурка вся в мать шлюху, не водись с ней, она тебя до добра не доведет, триппером наградит». Ромин умел врагов в приятелей превращать.