Леди Несовершенство

– Не пей, – хмыкнула я, – закажи чай! Значит, Егора решили подсунуть Сергею Петровичу в качестве порученца, а в перспективе преемника? И для этого создали банду? Отличная идея! Преступная группировка должна разбойничать, иначе это будет пионерская организация! Сомневаюсь, что каждому новому члену докладывали о главной цели предприятия.

– Никто не знал правды, кроме очень узкого круга людей, – сказала Анна.

– Грабить и убивать людей, чтобы подобраться к бонзе криминального мира, – возмутилась я, – слов нет.

– Лошаковские никого не убивали, – возразила Анна, – они занимались угонами машин. Егор постоянно своим «генералам» твердил: «Замочите кого – получите по полной, навесят большой срок, на зоне подохнете. Накроют гараж, где тачку разбирают? Тут другой расклад, почалитесь годок-другой, по УДО выйдете. Мы не мокрушники, а бизнесмены». Еще порнографией занимались. Выпускали журналы, открытки, постеры с «горячими» снимками. Был целый штат людей, они бегали по шоссе, предлагали на светофорах, в пробках купить занимательные издания. Влет уходили. Конкурсы красоты устраивали. Собирались мужики, бабы, человек сорок-пятьдесят. Перед ними девушки-парни на сцене выступали. Все как у взрослых, выход в вечерних нарядах, в купальниках, распределение мест. Но потом был аукцион, где можно было «купить» кого-то из конкурсантов во временное пользование. Все это происходило в клубах, где показывали стриптиз, они тоже принадлежали Волынину. Ни убийств, ни наркотиков, ни проституции.

– Ты серьезно? Стриптиз, продажа участников якобы конкурса красоты богатым любителям клубнички – это не проституция? И в клубах никто посетителям «марки» или волшебный порошок не предлагал? Машины воровали интеллигентно? Подходили к гаражам, говорили сторожу:

– Дядя Ваня, будь добр, впусти нас?

– Денег охране давали, – уточнила Анна, – никто не отказывался.

– Да ладно! Смерть Вахрушева, Тимонина, Ромина – это что, не убийства?

Анна отодвинула от себя чашку.

– Вот это и погубило тщательно подготовленную операцию. Егор решил отомстить за отца родного.

– За Колятина, – кивнула я, – за то, что приятели ему в чемодан золотые статуэтки сунули, сами в Москву улетели, а Василий на пару лет в тюрьму в Индии сел!

– Статуэтки? – поразилась Анна. – Какие?

– Вроде мы договорились вести откровенный разговор, а ты начинаешь актерствовать. Определенно знаешь все про ограбление мэра города Падж. Или тебе рассказать?

– Да, пожалуйста, – попросила Анна, – хочется услышать.

– Может, перестанешь кривляться? – возмутилась я. – Иначе прямо сейчас уйду!

– Впервые от тебя про какое-то золото слышу, – воскликнула моя собеседница.