Леди Малиновой пустоши

Брауни из замка Мак-Дональда, проведя свое внутреннее расследование, установил источник и первопричину, попытался избавиться от запаха. Но Кузькина мстя, оказалась устойчивой, ибо была справедливой. Вот соседский брауни Даркхнесс и пришел вызвать Кузю на бой, так как считал, что его хозяин вправе грабить. Темный народ, эти брауни. Кузя вызов принял и дрался за правое дело, поэтому победил. Но ему тоже досталось.

Я негодовала, как же так, Кузька ещё маленький, а тот Даркхнесс взрослый брауни и драться с ребенком! На ребенка Кузя насупился и сказал, что по правилам таких поединков на возраст не смотрят, зато победитель может выбрать себе трофеем, что захочет.

Я удивилась.

— И что же ты выбрал, Кузь?

— Дак наши же вещи, что украли, брауни пусть и вернёт! Нам чужого не надо! Мы свое заберём завсегда!

— Кузя, так они же воняют! Зачем нам они теперь такие?

Кузька хитро прищурился единственным видящим глазом.

— Так это ж моя ворожба, я и сниму ее!

И тут меня осенило.

— Кузяяя… а ты ведь говорил, что вам, брауни, нельзя со двора уходить или из дома? А как же у вас так получилось?

Кузя немного смутился, потом, вздохнув, сказал.

— Нет, я правду сказал. Но если в доме есть ещё хотя бы один брауни, мы можем уходить, ненадолго, не больше, чем на день. А у нас ещё дедушка есть, вот я и пошел. Да недалеко ходил, вон в овраг за оградой.

— Ладно уж, борец за справедливость, ложись, отдыхай, поесть я тебе принесу.

Спускалась я, вниз посмеиваясь и удивляясь одновременно — надо же, маленький, а какой храбрый! И как заботится о доме, о хозяйском имуществе! У такого маленького существа и такое большое и доброе сердце!

Проверив на кухне кадушку с ферментирующимся чаем, решила, что вечером с Кузей будем сушить наш чай… Кресса, пряча от меня покрасневшие глаза (явно плакала из-за непослушной внучки), поблагодарила меня за глицерин, он очень хорошо смягчил и увлажнил кожу рук и теперь она не шелушится и не трескается. Вот, а Элизи даже и слова не сказала, как будто я была обязана это делать. Рини пользовалась глицерином ещё в поместье Мак-Коннея, и то всегда спасибо говорила. Наказав Крессе отварить побольше мяса куском и обсыпать его сухой горчицей для лучшей сохранности и приготовить несколько кусков солонины, испечь побольше лепёшек в дорогу нашим солдатам. Надо ещё сходить в соляную пещеру, но это может и Грегор, без меня, уверена, дорогу он запомнил. Да у старосты узнать, кто из селянок может продать молока, творога, яиц и сыра. Скорее всего, сыр здесь овечий или козий, но он тоже вкусный и в дороге он пригодится. Я заботилась о солдатах не просто так, а потому, что хотела, чтобы они вернулись поскорее, очень уж меня тревожили соседи. Но вот, сколько их семьи будут собираться? Это же не просто так, сорваться с насиженного места.