Леди Малиновой пустоши

Здесь, на кухне я не увидела таких. На всякий случай спросила у Кузьки, вдруг он знает? Он понятливо кивнул головой, исчез и вскоре вернулся с несколькими чистыми холщовыми мешочками. Туда и пересыпали готовый чай. Запах от него шел — не передать словами! Пока я пересыпала, Кузя успел насыпать на противень новую партию и поставить сушить. На столе оставалось ещё на пару заходов. Но спать уже хотелось неимоверно. Глядя на мои мужественные потуги не зевать и не тереть закрывающиеся глаза, Кузя сочувствующе сказал.

— Так ты бы, хозяюшка, шла спать, я уж тут без тебя управлюсь. А то ты прямо на противень упадешь лицом. Я сделаю и все приберу тут. Чай твой принесу тебе в комнату, неча его тут оставлять.

Я сонно пробормотала.

— Кузь, а ты? Тебе ведь тоже спать надо!

На что домовёнок ответил.

— Ну, дык, я и днём спать могу. Мы, брауни, вообще-то ночью больше ходим, это я с тобой вот все время то тут, то там… Больно забот у тебя много, Люся!

Мне стало неудобно, и в самом деле, нагружаю малыша работой — он и следит за всем и в делах помогает, а ведь он же маленький, нет у него таких сил, как у взрослого человека. В своем очеловечевании Кузьки я совсем выпустила из виду, что он вообще волшебное существо и силы у него другие, волшебные. Вон как легко он управляется с тяжёлой кадушкой, с кропотливой работой по скручиванию листьев… Позволила я себя уговорить и отправилась спать к себе. Заснула я на подлёте к подушке.

Утро наступило до неприличия быстро. Так хотелось поваляться, но нечего лежать, вставать надо. Труба, так ее и перетак, зовёт… потом я вспомнила про чай, что добавило стимула моему вялому энтузиазму. Сев на кровати, увидела выходящего из ванной комнаты уже умытого, деловитого Кузю.

— Люся, вода готова, теплая, умывайся. Завтракать пойдешь?

— Кузя, радость моя, конечно пойду! Тем более, сегодня у нас будет чай! Что там у нас на завтрак? А куда ты мешочки с чаем положил?

— Вот, смотри. У прежней хозяйки, твоей матери, тут ниша потайная есть. О ней никто, кроме дедушки и меня не знает. Вот туда я и убрал твой чай. Нечего лишним глазеть, ещё позавидуют.

— Ты про кого это, Кузенька?

— Так Элизка сюда убираться ходит, а глаз у девки дурной, а ум ещё дурнее. Я ж говорю — вся в мать пошла! А на завтрак у нас каша со шкварками, Кресса с кабана сало срезала да и зажарила. Фу…

И Кузька показательно скривился. Прав он, прав. Из Крессы повар, не ахти какой, да и набор продуктов у нас не слишком богатый… надо и этот вопрос решать, а мне катастрофически это делать некогда. Учить Крессу кулинарии бессмысленно, слишком она консервативна и упряма, как и все горцы. Тут порывалась изготовить черный пудинг, хотя я и предупреждала ее, что я его есть никак не смогу, да и детям такая пища не подходит.