Леди Малиновой пустоши

Иннис стояла на крыльце, алея щеками и приподнимаясь на цыпочки, выглядывая кого-то в толпе приехавших. Грузовые телеги заезжали сразу через хоздвор, а здесь были только верховые. Да понятно, кого она выглядывала! Вон уже Грегор спешит навстречу, целует ручки. Я буду только рада за них, если все сложится. Надо как-то выспросить осторожно у Иннис про этот деликатный вопрос. Не из любопытства, просто узнать, пока нет своего дома у Грегора, может, им ещё одну комнату в замке выделить?

Устала я за эти дни неимоверно, ночёвки в лагере всё-таки это не под крышей в кровати. Поэтому, поела, помылась, и отложила все дела на завтра, упала спать. И спала спокойно до самого утра спокойно, даже вернувшийся с ночных прогулок по оврагам Кузя не помешал моему крепкому сну.

А утром, потягиваясь в кровати, я внезапно поняла — мне надо ехать в Даблитти! Соберу все, что у меня собралось за эти дни, сделаю ещё что-нибудь и через несколько дней рвану в город. Надо решать вопрос с лавкой.

Утреннее заседание в кабинете с Грегором подтвердило мое решение — мы вчера потратили почти столько же, сколько и выручили за свой товар. Конечно, управляющий закупал с размахом на зимний сезон, но меня это мало успокаивало. Надо оплачивать рабочим зарплату, охранникам жалованье, покупать расходники и прочие траты. Разумеется, это были не последние деньги, и отложена была приличная сумма, но я все равно опасалась. Так что, поручив Грегору съездить к кузнецу, выдав деньги и трудноопределимые в силу своей измятости серебряные фиговины из хранилища для изготовления вилок — чайных ложечек и деньги на металл для ламп, заказала сразу аж двадцать штук.

Сама двинулась по своим делам. Иннис на своем месте, только теперь перебралась в саму гончарную, на улице холодно. Ту посуду, что я ставила на окончательный обжиг перед отъездом, она вынула из печи, теперь ее только упаковать. Сейчас она заканчивала роспись комплектов после первичного обжига. Так что посуда будет.

Теперь в стеклодувную.

Глава 52

В мастерской было сегодня тихо.

Поручив мастеру, еще до отъезда, изготовление ламповых стекол, поинтересовалась, как у них тут дела идут. В ответ, победно улыбаясь, Лахлан вынул из шкафчика несколько бокалов на высоких ножках, но нешироких бокалов, а достаточно узких, как для коньяка, и поставил их на стол. Луч солнца, блеснувший через окно на резных гранях, заставил загореться все грани узоров бриллиантовым блеском. Я ахнула, схватившись за сердце.

— Лахлан, но как? Мы же ещё не пробовали! Да и узоры, откуда такие взяли?

— Так леди Иннис нам трафареты сделала, а мы с ребятами вчера и попробовали! Вот и получилось.