Леди-мафия

Артема чуть не стошнило, когда он увидел все это. Зато она оставалась спокойной, как хирург на операции. Она же врач без пяти минут... Нет, она не работала под маньяка. Она и была самой настоящей маньячкой.

Артем почувствовал, как у него закружилась голова.

Ирина хотела открыть ему глаза, показать, какое чудовище его сестра.

Но Ирина убила Лену не из-за того, что она хладнокровно расправлялась с другими. Она убила ее потому, что Лена хотела убить ее. Руками Вадима. Он вспомнил аудиокассету, волей судьбы попавшую ему в руки.

Да, Лена, оказывается, настоящий монстр. Но прежде всего она его родная сестра... Он должен был ненавидеть Ирину...

* * *Она объединила под своим началом две преступные группировки. Отомстила Леночке. И что же дальше?.. Ирина ощущала внутри себя пустоту.

Сема убит. Артем совсем скоро узнает, что она убила его сестру, и проклянет ее. И не поможет компакт-диск, который она дала ему в свое оправдание. Вадим ее ненавидит... Кому же она нужна на этом свете?

Ее арестовали на рассвете. Два взвода собровцев деморализовали ее охрану световыми бомбами и беспрепятственно ворвались к ней в особняк. Она не сопротивлялась. Спокойно позволила надеть на себя стальные наручники.

Она знала, что ей не помогут никакие адвокаты. Ее арест санкционировали на самых верхах, следствие патронируют высшие чины из МВД, Генеральной прокуратуры. А улики против нее серьезные. Пистолет с отпечатками ее пальцев, микрочастицы ее кожных покровов под ногтями убитой – этого было вполне достаточно, чтобы приговорить к суровому наказанию, сводя на нет любые потуги адвокатов. Сейчас команда защитников во главе с Гендосом лезла из кожи вон не для того, чтобы освободить ее из-под стражи. А лишь для того, чтобы свести до минимума срок наказания.

В отказ Ирина не шла, но и вину на себя не брала. На допросах у следователя сидела, выпрямив спину и гордо вскинув подбородок. И молчала. Только изредка кивала.

Помимо убийства Лены ей «шили» убийство молодого человека, в которого угодила пуля из ее «браунинга». И она снова молчала. С достоинством выдерживала натиск следователей."

"Молчала она и в разговорах с адвокатом. Ее, казалось, совершенно не интересовал ход следствия. Но это было не так. Просто она прекрасно понимала, что обречена. Очередная правительственная программа борьбы с организованной преступностью требовала жертв. И она стала этой жертвой. А сколько ей дадут, пятнадцать лет лагерей или десять, не так уж важно...

Жизнь, казалось, потеряла для нее всякий смысл...

3

Катя не давала о себе знать. А ведь уже больше трех месяцев прошло с тех пор, как он разговаривал с ней по телефону в последний раз. Не случилось ли чего с ней?

Всякий раз, сталкиваясь взглядом с отчимом, он видел в его глазах плохо скрытую усмешку превосходства.