Леди и разбойник

Ей казалось необъяснимым, что в мире, где новости молниеносно распространяются самыми немыслимыми способами и многочисленными осведомителями, Филипп Гейдж заранее объявил королю о своих планах. Всегда существовала вероятность того, что какой-нибудь слуга, услышав о намерениях своего господина, расскажет о них приятелям, а те – дальше, и вот уже всем все известно, а ворам и жуликам – в первую очередь. Поэтому неудивительно, что разбойнику удалось ускользнуть, удивительно другое – что именно Пэнси предупредила его.

По мере того как капрал рассказывал, с трудом подыскивая нужные слова, Барбара все отчетливее представляла сцену в библиотеке… Пэнси, притворяющаяся спокойной, вдруг вскрикивает, испуганная внезапным вторжением солдат. Разочарованные Рудольф и Филипп Гейдж понимают, что птичка улетела через заднюю дверь. Королевский судья покорно выслушивает гневную речь Пэнси, солдаты смущены… Барбара представила и огромный дом, в котором безуспешно ведется обыск. Да, только такой напыщенный осел, как сэр Филипп, мог подумать, что, в то время как он и его солдаты ломятся в двери и окна, добыча терпеливо дожидается его. Она хорошо представляла, как судья, удрученный, плетется с людьми обратно, даже не помыслив о том, что после их отъезда разбойники вполне могут вернуться. Словом, дело было заранее обречено на провал. В результате сэр Филипп и Рудольф выставили себя в смешном свете, а она получила ценные сведения. Теперь ясно, что Белоснежное Горло каким-то образом связан с Рудольфом, а Пэнси настолько увлечена этим человеком, что поставила на карту свою репутацию, если не жизнь, предприняв рискованную поездку, чтобы предупредить его.

Косноязычный капрал закончил рассказ и вытер пот со лба. Он выложил Барбаре все до мельчайших подробностей, все, что знал, и был как выжатый лимон. За такое усердие требовалась щедрая оплата, и она достала три гинеи из кошелька, лежавшего перед ней на столе. При виде такой огромной суммы глаза его засветились радостью. Когда дворецкий леди Кастлмэн предложил ему добывать для ее светлости сведения, за которую щедро заплатят, он рассчитывал в лучшем случае на одну гинею, а то и меньше, если даже сведения будут представлять интерес. За всю жизнь у него не было таких денег, и, вспомнив постоянную задержку жалованья и хорошенькую трактирщицу из «Трех подков», он моментально повеселел при мысли, что неожиданно разбогател.

Барбара, заплатив капралу, улыбнулась ему. Это была ни к чему не обязывающая улыбка женщины, желавшей нравиться независимо от того, знатен и богат мужчина или нет. Ее улыбка вместе с гинеями, зажатыми в потной руке, привела капрала в полное замешательство.