Леди и разбойник

Когда наконец он ослабил поводья, Пэнси заметила, что они поднялись на пригорок, откуда их дом и усадьба были видны как на ладони. Луна уже начала бледнеть, но еще не скупилась на нежные краски, серебрящие озеро и подчеркивающие красоту большого дома, окруженного со всех сторон террасой.

Перед ними открылся необыкновенной красоты вид, но какая-то щемящая печаль исходила от темных окон и тихих предутренних сумерек. Казалось, здесь давно уже никто не живет, дом стоит пустой и одинокий.

Пэнси не могла отвести взгляда от озера и мысленно все возвращалась к тому мучительному видению, оказавшемуся предвестником несчастья. Вспомнила, как неожиданно появился Ричард и сообщил, что должен их покинуть. И в самом деле уехал… Она вздрогнула. Разбойник обернулся:

– Вам холодно?

– Нет. У меня теплая накидка.

Она не могла объяснить ему, не находила слов… Ей не давало покоя горькое чувство неизбежного расставания. Они расставались надолго, если не навсегда. Нет, она не сможет забыть сегодняшнюю ночь…

– В это время вы бы еще сладко спали, – сказал разбойник и пришпорил коня.

Они понеслись к дому.

У калитки в сад он остановился. До двери дома, из которого она сбежала вечером, было всего несколько шагов. Спрыгнув первым, он бережно снял Пэнси с лошади и поставил на дорожку.

– Доброй ночи, Пэнси.

– Не знаю, как благодарить вас…

– Не стоит благодарности.

– Нет, стоит!

Она бросила на землю мешки с деньгами и по-детски нежно обняла его за шею.

– Благодарю вас! Я никогда не забуду, что вы для меня сделали, – торопливо говорила Пэнси. – Пожалуйста, помните обо мне, я же обещаю помнить вас вечно.

Слова шли от самого сердца, от волнения лицо пылало. Разбойник губами коснулся ее щеки, потом обнял и прижал к груди. Губы их слились в поцелуе. Через секунду он резко отступил и вскочил на коня.

И пока он, промчавшись галопом, не растаял вдали, казалось, голос ее все звучал в тишине, звал его. Пэнси долго смотрела вслед, и слезы катились по щекам. Она не понимала, почему плачет, лишь чувствовала, что такой бурной, наполненной событиями ночи у нее никогда не было, да и вряд ли будет."

"Подобрав мешки с деньгами, Пэнси направилась к дому. Осторожно прокралась к себе в спальню. Огляделась. Все было так же, как перед побегом. Никто не заметил ее отсутствия. Записка к отцу лежала на туалетном столике на прежнем месте. Разорвав ее на мелкие кусочки, Пэнси бросилась на постель и зарылась головой в подушки. Она горько, навзрыд плакала, как плачет ребенок, когда страшная минута прошла и опасность миновала.

Сейчас, сидя перед зеркалом, девушка вспомнила, что проплакала тогда всю ночь, пока не заснула. Ее разбудил лай собак, и Пэнси не сразу поняла, где она и что с ней и почему одета в свое лучшее атласное платье и накидку, подбитую мехом.