Леди и разбойник

– Но я же вижу! Я из-за вас приехала сюда, а вы отсылаете меня в Лондон?

– Я хочу, чтобы вы вернулись домой исключительно из соображений вашей личной безопасности.

Барбарой овладел приступ ярости.

– Как бы не так! Вы отказали мне! Вы – вор, грабитель, отщепенец, человек, с которым ни одна порядочная женщина и разговаривать не станет!

– Именно эту мысль я вам и внушал! – ответил Люций, не замечая ее состояния.

– Но это не так! – сразу опомнилась она. – Вы же не подзаборная рвань, которая шляется по дорогам, вы маркиз Стейверли – человек с именем и титулом! Мы разговариваем как два равных по происхождению человека, а вы мне отказываете. Вы отсылаете меня прочь, потому что не хотите меня. О какой опасности речь? Я с вами, милорд Стейверли, как за каменной стеной женского монастыря. Вы только с виду мужчина!

Барбара прибегла к оскорблениям, но Люций сохранял спокойствие.

– Вы устали. Отдохните и успокойтесь. В самом деле, давайте забудем об этой встрече в лунную ночь.

– А я не желаю! Я хотела вас видеть, и вот я здесь. В вас есть то, что я тщетно пыталась отыскать в Рудольфе. Вы красивы, вы настоящий мужчина, вы похожи на мою первую любовь, разбившую мне сердце. Но я смогу снова полюбить, только все будет по-другому, и теперь я знаю как.

– Но какое отношение это имеет ко мне? – пожал плечами Люций. – По-моему, вы слишком взволнованны. Я пытаюсь убедить вас отправиться домой. Клянусь, это самое разумное, что вам следует сделать!"

"– Разве когда-нибудь в жизни я поступала разумно? – воскликнула Барбара. – Нет, так просто вам от меня не отделаться! Вы не можете меня не желать. Это все рыцарские ухищрения, вы просто не хотите усложнять и без того опасную жизнь.

– Думайте, как вам угодно, но я продолжаю утверждать, что самое лучшее для вас – прекратить подобные разговоры и отправиться домой.

– А если я откажусь?

Барбара подошла к нему совсем близко и неожиданно, обняв за шею, прижала горячие, страстные губы к его губам. Мгновение он не двигался, потом убрал ее руки и отстранил от себя.

– Вы вынуждаете меня быть с вами до конца откровенным, – произнес он спокойно. – Я люблю другую женщину. И при иных обстоятельствах просил бы ее стать моей женой.

Лицо Барбары исказилось.

– Негодяй! – бушевала она. – Вы мне за это дорого заплатите. Я уж постараюсь, чтобы вас вздернули на первой попавшейся виселице! А я буду стоять рядом и хохотать. Вы слышите? А потом вас снимут, отрубят смердящую голову и наденут на кол. А я проеду мимо и плюну. Я ненавижу вас больше всего на свете! И клянусь всем, что есть у меня святого, – добьюсь возмездия!

Люций молча стоял, пока Барбара неистовствовала. В глазах его опять промелькнуло чувство жалости. Когда она немного поутихла, он, не повышая голоса, сказал:

– Все это, безусловно, пройдет.