Леденцы босоногой графини

Приношу вам искренние соболезнования по поводу утраты ценного имущества, и страданий, какие вы перенесли из-за этих подонков. Надеюсь на понимание, но дел между нами более не будет. Всего хорошего, господа.

И пока мы не успели «переварить» эту новость, пришпорил коня и умчался к себе в поместье. А мы так и стоим, ждём, когда осядет пыль из-под копыт его идеального коня.

— Вот подлец! Поганец! Ещё раз увижу вблизи наших угодий, убью и в том болоте, где ты тонула — утоплю…

В этот момент я увидела вторую, тёмную сторону моего милого, заботливого, и такого законопослушного мужа. Петрович реально может исполнить эту угрозу, ведь он военный и убивал на войне…

Так, за несколько минут общения с этим мажором, настроение наше упало глубоко за плинтус.

Домой вернулись молчаливые и совершенно невесёлые.

Но завтра запланирована поездка в город, пора все вопросы решить окончательно, и со следователями…

— Постой, он же сам дознавателей вызвал, с чего бы ему против себя играть? — уже когда приехали в усадьбу, спустились с коней, и я увидела Изумруда в моём сознании внезапно появилась связка. А потом вспышка! — Я знаю, кто всё это устроил!

Так крикнула, что сама испугалась, и где-то недалеко ворона каркнула.

— И кто же? — Даниил не понял потока моих мыслей. А я пошла в дом, вызывать на ковёр Марусю и Федота.

Есть предположения, кто главарь банды и откуда ветер дует?

Глава 28

Допрос

— Федот, а подскажи мне, кто такая у нас Евдокия? С чего она себя возомнила пупом земли, и так грубо со мной обращалась, да и с Мишей? С какого перепуга у неё на голове корона образовалась?

Федот поморщился, припоминая события, связанные с Дуней, но, кажется, не такой уж он знаток светских тайн нашего поместья.

— Была экономкой последние годы, да, чувствовала себя хозяйкой, но особо не злобствовала…

— Я кое-что знаю, — опустив голову в пол, прошептала Маруся.

— Рассказывай, — теперь уже Петрович подключился к разговору.

— Жилось ей здесь вольготно, она вас ни во что не ставила, грубила, хамила. Может, и руки распускала, но тайком. Вы не помните, а мы не знаем. Но жизни не давала никому. Она близкая родственница старосты, после смерти нашего графа они хорошо прошлись по покоям и всё, что нашли — вынесли. Это в тот день, когда вы с Федотом в город уезжали, а нас она заперла в кладовой, чтобы мы ничего не видели. А потом пригрозила, что на нас всю вину свалит, а мы даже не поняли, какую такую вину, мы-то по кабинетам не шарили.

— Но отец умер давно, а что вдруг сейчас она с конями-то затеяла?

— Так, этот красавчик приезжал, и предложил вам за коней огромные деньги, это я теперь понимаю, что ему надо документы, а Евдокия поди, и не знала. Её сумма удивила, вот она и подговорила своего родственника запугать вас, потом поджечь, коней-то умыкнуть и концы в воду.