Лед в твоем сердце

Наверное, поэтому я так ждала окончания занятий. Очень хотелось увидеть Тимура, просто посмотреть в его глаза – в бездонные и такие манящие.

– Какие дела? – поинтересовался Вовка, закидывая мне руку на плечо. Мы вышли на крыльцо и сразу поморщились от ярких лучей солнца. Погода сегодня радовала хорошим настроением.

– Может, реально прогуляемся? – вдруг поддакнула Лелька, улыбнувшись.

– Давайте, тепло ж, – втиснулся Ванька.

– В другой раз, ладно? – улыбнулась я виновато. Надеялась, они не обидятся. Чаша весов слишком сильно упирала на сторону Авдеева.

– Ты все еще злишься, да? – огорченно спросил Вовка, чуть наклоняясь ко мне. Приторный мужской парфюм ударил в нос. Отвернуться бы, да как-то некультурно.

– Вов, ты слишком близко, – постаралась отодвинуть Ларина, подставляя ладошку между своим и его лицом. Мы шли по школьному двору, смотрели друг на друга, болтали, а позади нас вышагивали девятиклассницы.

Вроде только недавно я была изгоем. Все шарахались и старались держаться от меня подальше. А сейчас мир будто перевернулся и сменил ориентиры. Я снова одна из всех, я снова со всеми вместе. Непривычное ощущение.

– Ой, кто это? – шептались младшие, но я почему-то не обратила внимание.

– Такой красавчик, – прозвучало на фоне.

– Что за дела, Машка? – не унимался Ларин, продолжая активно приставать. Я уже планировала дать ему в живот с локтя, но меня опередили.

– И долго ты планируешь виснуть на плечах моей девушки? – ледяной тон, голос с хрипотцой. Я перевела взгляд и ощутила, как по спине прошелся табун мурашек. «Моей» опять ударило по слуху. Он ведь не просто так сделал акцент.

– В смысле? – не понял Вовка.

– Без смысла, – процедил Тимур. Желваки на его скулах играли, показывая явное раздражение. Я тут же скинула руку Ларина, который мягко, скажем, прибывал в шоке. И сделала шаг навстречу к Тиму.

– Какой ты у меня пунктуальный, – громко заявила. А потом не смогла сдержать улыбку. Она вырвалась из самого сердца так легко и уверенно. Будто мы уже который год вместе.

– Я же тебя предупреждал, – Авдеев прищурился, окидывая меня колючим взглядом.

– А я не говорила: «слушаю и повинуюсь».

– Эй, друг, – Тимур пропустил мою реплику мимо ушей. Его явно интересовал больше Вовка, нежели я. Поэтому, не придумав ничего лучше, схватила Авдеева за руку и потянула за собой в сторону выхода.

– Маш… – пытался протестовать Тим, однако следовал за мной. Хотя мог бы и остановить, уж в чем, а в силах мы были не равны.

Конечно, мы привлекли к себе множество взглядов. А может, эти взгляды привлек именно Тимур. Он вообще мог ничего не делать и быть в эпицентре. Это жило у него где-то внутри, как часть характера, как один из безумно притягательных элементов.

– Ты опять на машине? – спросила я, заметив у дороги белый мерс.