Лед твоих объятий

После рождения детей фигура Бекки стала еще роскошнее, и сейчас он с трудом сумел преодолеть извечную тягу прикоснуться, сжать в объятиях, прильнуть губами, ощутить жар податливой плоти.

– Думаю, Джордж еще отсыпается после вчерашней вечеринки.

Жена обняла его, и он утонул в ее мягкой нежности.

– Подожди, что-то случилось? – почувствовала неладное Ребекка. – Что еще натворил этот мальчишка?

– Ничего особенного. Всего лишь сбежал из дома, чтобы поступить в летную академию.

– Вот паршивец! Я ему все уши надеру! Тиан, чего ты сидишь? Одевайся, поехали! Нужно найти этого не в меру самостоятельного летуна!

– Да, Джорджи предвидел твою реакцию, – хмыкнул он, удерживая Бекки.

– Еще бы он не предвидел! Я же его предупреждала, чтобы раньше восемнадцати даже не думал ни о каких академиях!

– Да? А зачем тогда научила водить двиг?

– А разве могло быть иначе? Он же вырос на двиг-ро!

– Значит, сама виновата, – усмехнулся он, наблюдая, как забавно сердится жена.

– А я не понимаю, ты почему такой спокойный? – отстранившись, спросила Бекки. – Наследник в бега подался, а ты сидишь и ничего не делаешь! Или я чего-то не знаю? – Бекки прищурилась и посмотрела на него с подозрением: – Тиан?

– Не суетись. Я еще месяц назад знал, что он отправил документы в Прайскон и поговорил с ректором. Симмонс обещал, что присмотрит за парнем, да и охрана у него будет. Пусть Джордж считает себя самостоятельным и взрослым, мальчику это необходимо, а снежные духи его подстрахуют.

В глубине души он был доволен поступком сына. Джордж сделал правильный выбор, отправив документы в Прайскон. Гринделл будет в бешенстве. При мысли о том, что надежды тестя увидеть Джо в дипломатическом корпусе не сбылись, настроение улучшилось еще больше.

– Как всегда, великий наместник предусмотрел каждую мелочь, – усмехнулась Ребекка и вздохнула. – Я тоже знала, что Джо собрался в академию, только надеялась, что он не решится уйти из дома вот так, втихую, – жена покачала головой. – И все равно, он еще такой маленький. Помнишь, каким крошечным он родился? Я до сих пор не могу забыть малюсенькие пальчики с розовыми ноготками, белое личико, румяные щечки. Тогда мне казалось, что это самый красивый ребенок на свете.

Ребекка замолчала. В ее ясных голубых глазах светилась нежность.

– Ну, ты и сейчас продолжаешь так считать, хотя Джи-Джи из прелестного малыша давно уже превратился в высоченного парня, разговаривающего исключительно басом и таскающего мои сигареты.

– Для меня он всегда будет нашим маленьким сыном, – вздохнула Бекки.

Он мягко усмехнулся, притянул жену ближе и обнял, уткнувшись в ее распущенные волосы.

– Не переживай. У нас ведь есть еще Лори и Дженни, они пока достаточно малы, чтобы с радостью терпеть наши сюсюканья.