Лед твоих объятий

Ну вот, так и случилось.

– Точно. – Тэй обняла меня, прильнула щекой к щеке и шепотом спросила: – Ты сама как? Справляешься?

– С переменным успехом, – хмыкнула я. – Правда, стараюсь верить в лучшее.

– А врачи что говорят?

– Ну, Легрэ у нас оптимист. Пытается разработать специальную сыворотку, ему Тиан какую-то идею подсказал, вот бьется теперь. Даже лорда Куорна привлек. Надеюсь, вместе у них что-нибудь получится.

– Обязательно получится, Бекки! Надо верить. Лорд Куорн – настоящая легенда, ему под силу невозможное. Он найдет решение, вот увидишь!

Тэй обняла меня еще крепче."

"– Ты сильная, Бекки. Ты справишься, – твердо сказала она, и я удивилась переменам, произошедшим с подругой. В нашем дуэте именно она всегда нуждалась в утешении, а сейчас мы словно поменялись ролями. Тэй повзрослела, окрепла, и ей больше не требовалась чья-то поддержка, она сама могла ее оказать.

– Сартане повезло, – улыбнулась я. – Ты будешь хорошей императрицей, Тэй.

– Если вы закончили, я хотел бы поговорить с Ребеккой, – раздался голос Ричарда.

Я не сумела уловить, когда он вошел в комнату, и не знала, как много он слышал, но не стала скрывать свою осведомленность:

– Поздравляю с предстоящим бракосочетанием, ваше величество. И очень за вас рада.

– Спасибо, Бекки, – отозвался Ричард.

Я не видела императора, но мне казалось, что он изменился. Исчезла суровая отрешенность, голос звучал живо и молодо, и казалось, что Ричард скинул с плеч добрую сотню лет. Вот только я почему-то не была до конца уверена в его чувствах. Тэй все время говорила о том, как она влюблена, но ни разу не сказала о любви самого Ричарда.

– Тэй, подожди меня в гостиной, – попросил император невесту, и я постаралась выкинуть из головы ненужные мысли. – Это ненадолго.

– Пока, Бекки, – поцеловала меня Тэй. – Еще увидимся.

Она вышла, а я напряженно ждала, что скажет мне Ричард. В груди возникло неприятное ноющее чувство, то самое, что всегда предрекало неприятности.

– Ваше величество? – не выдержав, обратилась к императору.

– Скажи мне, Бекки, что ты видишь? – спросил тот.

– Темноту.

– А нить? Араим? Ты его ощущаешь?

– Я его вижу и чувствую на ощупь. Он гладкий, как шелк, и светится.

– И сейчас?

– Сейчас нить потускнела и не стало прежнего натяжения.

– Понятно, – задумчиво сказал император и замолчал.

– А почему вы спрашиваете, ваше величество? Что-то случилось с Себастианом?

Сердце дернулось, а потом забилось быстро-быстро.

– Успокойся, Бекки. Кимли тут ни при чем. Я пытаюсь понять, как вернуть тебе зрение. Если ты видишь араим, значит, не все потеряно.

– Хорошо, если так, – кивнула я, но думала не о собственном зрении, а о муже. Почему-то мне казалось, что император лукавит. Слишком уж поспешно он заговорил о моей слепоте.