Лед твоих объятий

Ни малейших проблесков. Ни одной живой искры на много рье вокруг.

Двое суток он провел в безжизненном ледяном пространстве, пытаясь найти жену. Раз за разом облетал неприступные пики, спускался в глубокие расщелины и поднимался выше облаков, испытывая свою ледяную сущность на прочность, но все напрасно. Ребекки нигде не было.

– Не отчаивайтесь, лорд Кимли. Мы делаем все возможное, – попытался утешить его Лефлер. – Мы обязательно найдем леди Кимли.

«Живую или мертвую», – про себя договорил он то, что не сказал секретарь.

Он пытался. Пытался понять, жива Ребекка или нет, но так и не смог. В голове шумело, сердце застыло в груди снежной глыбой и давило, давило, давило. Он сбивался и сам не понимал, что чувствует. То ему казалось, что он нащупал слабую ниточку жизни жены, но уже в следующую секунду его сковывал холод, и душа ощущала бесконечное одиночество.

Он не думал, что потерять истинную половину так больно. Теперь он хорошо понимал, что чувствовала Энн, когда погиб Артур. Мир потускнел, краски поблекли, все стало пресным и серым. И ладно Анна. Она любила мужа, но он… Он совсем не предполагал, что успеет так сродниться с искрящейся, фонтанирующей энергией Ребеккой. Еще пару дней назад, даже отстраняясь от супруги и держа ее на расстоянии, он чувствовал незримую связь с ней. А теперь… Теперь там, где раньше веяло ласковым теплом, зияла пустота. Страшная, холодная пустота. И он рвался заполнить ее, вернуть ту, что одним своим присутствием отгоняла всех его демонов.

Крев сатари! Бесполезно. Никакие заклинания не действовали. Ледяная магия оказалась бессильна, и это выводило его из себя.

Он скрипнул зубами и грязно выругался. Единый, какой же он глупец! Снова все потерял. Сам. По собственной воле. Прошлое ничему его не научило.

Он подпер рукой голову и стиснул зубы. Его угнетало собственное бессилие. Хотелось взорвать к доргу весь этот проклятый мир, разнести по камушку ненавистные Кардены, разметать все вокруг ледяной силой и громко закричать от безысходности. Боль, терзающая душу, искала выхода, а он ничего не мог сделать. Бекки пропала и не оставила ни малейшего следа.

Крылья яростно взметнулись, смахивая со стола бумаги и приборы. Лицо затянуло ледяной маской, ногти заострились, превращаясь в сверкающие тонкие когти. Секретарь испуганно вздрогнул, и он опомнился. Нельзя пугать простых людей.

Он вернул себе обычный облик и посмотрел на неподвижно лежащего у порога арса. Серебристая шерсть щенка потускнела, хвост уныло повис, глаза смотрели печально и безнадежно.

Ему стало не по себе. Шанти был связан с Ребеккой прочными узами, и если щенок так себя ведет, значит, с его шаэри все плохо. Шарг!

Он забрал арса у родителей Ребекки, где та его оставила, но малыш ни на что не реагировал и почти ничего не ел.