Ворожея: Лёд и Пламень

Под ногами мягко шуршали изумрудные травы, переплетаясь с золотыми нитями мха, будто вышитыми искусным мастером. В воздухе витал едва уловимый аромат свежести, смешанный с ароматом неизвестных цветов, распустившихся среди камней.

Тонкие ветви деревьев, усыпанные листьями из алатыря камня, тихо покачивались под лёгким ветерком, наполняя воздух мягким перезвоном. Листья, переливаясь всеми оттенками красного да жёлтого, отбрасывали тени. Каждое дуновение ветра приносило новые звуки: то звон хрустальных капель, то шелест шёлка, то мелодичный смех невидимых духов.

В центре поляны возвышался дуб, чей ствол, покрытый глубокими бороздами, был из лазурных каменьев. Его ветви тянулись к небу, а листья, сверкая на солнце, рассыпали вокруг искры света. На ветвях этого дерева сидели птицы дивные.

На краю журчал маленький ручей, вода которого переливалась всеми цветами радуги. Берега были устланы мелкими кристаллами смарагдов и карбункулов.

Словно зачарованные, князь и ведьма остановились, боясь шагнуть в это великолепие.

— Кажется, пришли, — прошептала Вила, боясь и слово молвить. — Где никак тут жить царице-то.

Кивнул Светозар, и правда, где как не тут. Но вот где сама хозяйка этих чудес? И тут из-за дерева вышла женщина. Она была высокой, статной, коса, перекинутая на грудь, отливала рыжиной. Бледное прекрасное лицо с тонкими чертами и большими карими глазами без тени румянца. Длинное её платье из тёмно-зелёного аксамита расшито было золотом. Подпоясано тонким поясом, на котором висел небольшой кинжал с яхонтовой рукояткой. На голове её была высокая корона в виде двух змей, которые обвивались вокруг её головы и встречались на лбу. В центре круга был крупный яхонт, который светился тусклым красным светом.

Протянула она руки тонкие, их приветствуя, голос её словно ручей зажурчал по камешкам.

— Долго же я вас ждала…

Князь уже час рассматривал стоящие на каменной полке резные фигурки зверей. Был тут и медведь, грозно рычащий на задних лапах, стоящий из яхонта, и белка на тонкой резной ветке из муррина, олень с ветвистыми рогами из незнакомого Светозару самоцвета. Каменная княжна положила ему на плечо руку.

— О чём думаешь, свет мой ясный?

Не мог он ответа найти на этот вопрос: что-то тревожило его душу, а что, никак вспомнить не мог. А Хозяйка меж тем продолжила:

— К свадьбе готовиться пора, касатик. Пойдём, негоже тут истуканом стоять. — Голос её, полный нежности, никак не вязался с тем упорством, с которым она оттаскивала его от полочки, будто боялась, что увидит он там чего.

В комнате терема его уже ждал швец. Приготовив отрезы аксамита, белида, брачины, принялся за отмеры. Закончил всё, похватился да и был таков. А Светозар присел на кровать из дуба, карбункулами изукрашенную, пригорюнился.