Лед и пламя Тартара

Ирка снова посмотрела на шар, и ей почудилось, что вода предупреждающе качнулась.

– Незадолго? – переспросила она.

– Хорошо. Это случилось ровно сто лет назад, – неохотно признала серебряная маска.

– Прямо-таки ровно? А заклад точно истек? – снова спросила Ирка, глядя на воду.

Вода вновь зарябила, но как-то совсем невесело.

– Срок истекает через три дня. И тогда же шлем переходит ко мне. Это что-то меняет?

Но все же Ирка ощутила, что Двуликий Аа смущен. Руна больно обожгла ей колено. Должно быть, собеседник упорно пытался пробиться в ее сознание.

– Зачем она это сделала? Зачем подписала? – спросила Ирка с тоской.

Она с трудом верила, что ее предшественница могла быть до такой степени неосторожной.

– Ей нужна была от меня услуга, – охотно пояснил Двуликий Аа.

– Какая услуга?

– Неважно. Моя часть договора выполнена. Теперь я хочу получить плату!

Голос Двуликого Аа прозвучал жестко. Ирка поняла, что правды она не услышит.

– Через три дня я приду за шлемом и за всем, что указано в договоре, – продолжал Двуликий Аа.

Ирка даже на воду не стала смотреть. Разумеется, придет.

– А со мной что будет? – спросила она.

Двуликий хихикнул.

– Да ничего. Валькирия-одиночка перестанет существовать. Ты же вернешься на коляску, – сообщил он.

– На коляску? – спросила Ирка.

Голос ее прозвучал сдавленно. Воспоминания о прошлом разом вернулись и хлестнули ее по глазам открытой ладонью. Она ослепла от боли и тоски.

– А куда еще? Ведь ноги ты утратишь вместе со шлемом. Ведь они, будем откровенны, не совсем твои. Да, тебя подштопали магией, но магия уйдет, когда я заберу шлем. И не надо меня ненавидеть! Не я ставил подпись под соглашением. Я всего лишь требую, чтобы со мной расплатились.

Ирка молчала. Ей казалось, что в сердце у нее все замерзло. Мороз, от которого трескаются кости и глаза становятся стеклянными – и тут же рядом всепожирающее пламя. Типичный пейзаж Нижнего Тартара. Всего три дня и – коляска. Пауза тянулась бесконечно долго. Слышно было, как снаружи в стекло бьется мотылек. Чего он хотел, о чем мечтал? Попасть в лампу и сгореть?

Двуликий Аа внимательно наблюдал за Иркой.

– Откровенно говоря (но это, разумеется, сугубо между нами), шлем валькирии мне не особо и нужен. Да, конечно, я могу выгодно перепродать его, ну да что из того? Мы, древние, несправедливо забытые боги, не служим свету и не служим мраку. Мы играем на своей собственной стороне, – сказал он каким-то особым, подсказывающим лазейку голосом.

– Вы хотите сказать, что могли бы оставить шлем мне? – не поверила Ирка.

– Почему бы и нет? Людей всегда отличала от животных способность договориться, а уж богов-то и подавно! – охотно закивал Двуликий Аа."

"Ирка недоверчиво взглянула на шар. Вода не рябила.