Девочка-лед

Ну ладно.

— Не буду ходить вокруг да около, — хмуро осматриваю его обитель. — Мне не нравится ваша больница. Она устарела, персонал — подуставший, оно и не мудрено с вашими зарплатами. Условия для лечения — тоже так себе.

Калинин усмехается, продолжая с плохо скрываемым интересом меня разглядывать.

— Пару дней назад к вам поступила девушка. Алена Лисицына, восемнадцати лет. Я знаю, что на данный момент вы являетесь ее лечащим врачом. Так вот, Евгений Павлович, мне надо, чтобы девчонка чувствовала себя здесь хорошо — это раз. Чтобы получила эффективное лечение — это два. И чтобы она на протяжении всего периода нахождения здесь была под вашим личным контролем. Три собственно.

Его кустистые брови во время моего монолога ползут все выше и выше, а когда в моих руках появляется конверт, у него приоткрывается рот, а маленькие мерзкие глазки начинают лихорадочно блестеть.

— Взятку предлагаешь что ли? — прищуривается «белый халат».

— Мы на ты не переходили, Женя, — одергиваю его я, кидая на стол конверт с баблом. — Если мое предложение тебе не интересно, то обращусь к твоим коллегам. Уверен, прибавка к зарплате размером в несколько этих самых зарплат, будет весьма кстати любому из врачей.

Айболит недоверчиво косится на конверт.

— За молчание доплачу отдельно. Не надо распаляться на тему спонсорства с моей стороны. Мы с девчонкой в контрах.

— А зачем тогда помогаешь? — все же не выдерживает и заглядывает в конверт Калинин. Аж рука правая затряслась.

— А это, Женя, тебя уже не касается, — вытягиваю ноги.

— Лекарства есть хорошие, зарубежные. Правильная и качественная терапия позволит девушке быстрее излечиться от пневмонии и уберечься от ряда неприятных последствий, — деловито вещает он, поправляя очки на вспотевшем от волнения носу.

— Замечательно. Схватываешь на лету. Еще вопрос. Что вообще у нее со здоровьем? Есть заболевания какие?

— Изучу анализы и расскажу, — отвечает он, убирая конверт в ящик стола.

— Так не с этого ли начинается подбор лечения?

— Ее изначально другой врач принимал…

— Да по хер, теперь ты как мама-утка следишь за ней днем и ночью. И без фокусов. Связи у меня серьезные, а рука тяжелая, — поднимаясь со своего стула, предупреждаю я.

Он качает головой. Очевидно, поражен моей наглостью.

— Молоток. Понятливый, — хватаю ключи от хонды со стола. — Завтра продукты привезу. Пусть медсестра ей отнесет.

— Аттракцион невиданной щедрости, — язвит он. — Если б не видел ее травмы на теле, подумал бы что попахивает романтикой.

— Это что за намеки? — в два шага добираюсь до него и хватаю за грудки.

— Спокойно, Роман… я подумал, что…

— Не ты, так не ты… Мы уже ментам хотели наводку дать.

Внимательно разглядываю гадливого докторишку.