Лебединое озеро Ихтиандра

Я села на стул, Николай Ефимович по-прежнему стоял около кресла. Вид у него был самый разнесчастный, но жалость давно покинула меня.

— В саду были вы! Пришли за ручкой, то ли положили ее в дупло, то ли собирались забрать, но вам помешали собаки. Вы не хотели быть обнаруженным в саду, поэтому кинулись к задней двери дома, думая вернуться. Однако вышел облом! Створка была заперта. Снова выскочить на улицу и пойти к центральному входу вы не успели, я уже была на пороге тамбура. Вам оставалось одно — залезть в шкаф, затаиться и надеяться, что я пройду мимо. И снова ваши планы нарушили псы. Я вас нашла и поверила бедному безумному старику, который перепутал спальню с шифоньером. А вы упорно хотели заполучить ручку. Когда Костя упал с лестницы, почти все обитатели приюта, кроме вас, Лены и Светланы, побежали наверх. Привалова появилась позднее, она, как обычно, отъезжала тайком за бутылкой в город. Света полная пофигистка, она не захотела вставать, а вот где были вы? Можете не врать! Я знаю ответ! Вы поторопились в мою спальню и стали обшаривать ее в поисках ручки. Ну откуда вам было знать, что я, наводя порядок в сумке, увижу, что стержень высох, и решу его выбросить? Мусорной корзинки в спальне не оказалось, кучу фантиков и ручку я положила в карман халата и ушла. Думаю, вы поняли: единственное, что не успели обыскать, — это домашнее одеяние госпожи Васильевой. Подождали, полагая, что утром у людей самый крепкий сон, и притопали сюда. Вы молодец, сообразили, что ручка в кармане. Но и я не дура, разом вспомнила все нестыковки. Ну и зачем вы заявились в приют? Не стоит считать всех блондинок идиотками. Снимаю шляпу: диктофон — замечательная придумка. Больной старичок открыто держит его у всех на виду и записывает их слова. Но как объяснить наличие у маразматика видеокамеры? Мобильного у вас по легенде быть ну никак не может, поэтому вы закамуфлировали объектив под авторучку. Отличное оборудование. Вы шпион?

Лицо Николая Ефимовича изменилось, с него испарилась заискивающая улыбка.

— Черт бы тебя побрал, — выпалил дедок, — приперлась в недобрый час. Забудь про спецслужбы. Я из программы «Офис частного детектива», у нас лучший рейтинг среди дециметровых каналов.

— Журналист! — подпрыгнула я. — Сколько же вам лет? Теперь ясно, что не шестьдесят! Не тяжело ходить с килограммом краски на лице и рисовать на нем отметины времени?

Поповкин бесцеремонно сел в кресло и закинул ногу на ногу.

— Особого грима мне не понадобилось. Выкрасил волосы под седину, втер в лицо специальный крем, он стягивает кожу и изменяет ее здоровый цвет на болезненный. Люди не любят разглядывать стариков, это не молодые красивые девочки. Ты права, мне не седьмой десяток.