Вишня во льду

Болей со вкусом. Ну и выздоравливай побыстрее. Ты там как, в одиночестве чахнешь или есть кому позаботиться о гении российского сыска?

– Есть, – засмеялся Дорошин. – Ты же меня знаешь, Эдик. Я всегда умел устраиваться.

– Тогда Елене Николаевне привет.

– Откуда ты… – Дорошин поперхнулся от удивления и не на шутку закашлялся. Киреев терпеливо переждал, пока внезапный приступ пройдет.

– Так ты же сам сказал, что я тебя хорошо знаю. – Теперь он тоже засмеялся и подмигнул Дорошину. – Наверное, даже лучше, чем ты сам себя знаешь, Вик. Счастья тебе, дружище.

* * *Арест Ксении Стекловой, младшего научного сотрудника областной картинной галереи, наделал в городе много шуму. Журналисты, получившие информацию о хищении ценных полотен, рвали на части полковника полиции Виктора Дорошина, пытаясь получить комментарии. Он отмахивался как мог.

– Да не люблю я это все, – виновато объяснял он Елене и Федору Ивановичу в один из вечеров, когда они после работы собрались за ужином."

"Несмотря на то что Елена фактически переехала к нему в дом, к деду они с Дорошиным заезжали каждый вечер. Вместе ужинали, вели неспешные разговоры на интересные всем троим темы, проверяли, есть ли у старика все необходимое, в четыре руки пылесосили квартиру и мыли полы.

Дорошин в глубине души считал, что это не дело. Елена, разрываясь между двумя домохозяйствами, уставала ужасно, и ему это не нравилось. Дорошин понимал, что деда она не бросит, а к нему в дом тот вряд ли переедет. Неправильно это было бы. Стариков нельзя срывать с насиженного места, от этого они болеют и умирают. Дорошин был в этом уверен. Дома Федора Ивановича Золотарева окружали знакомые, давно привычные предметы, а дорошинский дом, даже отремонтированный и оснащенный благами цивилизации, все равно останется для него чужим. Да и когда этот ремонт закончится…

Чтобы облегчить Елене жизнь, Дорошин был готов сам переехать к Золотаревым, их просторная четырехкомнатная квартира в центре города вполне выдержала бы еще одного жильца, но ни Елена, ни Федор Иванович этого не предлагали, а ему самому неудобно было навязываться.

– Ты не прав. – Елена прервала его мысли об их неустроенном быте. Интересно, в чем именно он не прав? Дорошин вопросительно посмотрел на нее. – Ты не прав насчет журналистов, – спокойно пояснила она. – Люди просто делают свою работу. Им важно получить достоверную информацию, чтобы рассказать своим читателям и зрителям, что именно произошло. А ты от них скрываешься. Нехорошо это, неправильно.

– Ладно, соберу пресс-конференцию и обо всем расскажу, только в один присест, – пообещал Дорошин. – Нет сил одно и то же повторять как заведенный.

– А можно нам с дедом не ждать до твоей пресс-конференции? – лукаво попросила Елена, убирая чашки со стола.