Ангелы на льду не выживают. Том 2

– Если вы не объясните мне, почему вынуждены были попросить замену и уехать, мне придется думать, что вы поступили нечестно, – откровенно предупредила она.

Они стояли у окна, в самой середине длинного коридора, в торце которого находилась дверь, ведущая в бассейн. Елисеев смотрел на Настю печально, но глаза не прятал.

– Хорошо, я скажу вам, почему мне пришлось уехать. Хотя хвастать тут нечем.

Он помолчал, потом продолжил:

– Моего сына задержали с наркотиками. Ему грозил серьезный срок. Надо было срочно ехать домой и пытаться решить вопрос. Жена позвонила в панике…

– Понятно. Вопрос удалось решить?

– Да, – кивнул Елисеев. – Нужно было успеть, пока шла доследственная проверка, потому что если бы возбудили уголовное дело…

– Я в курсе, – сказала Настя. – Фамилию того, с кем вы решали вопрос, я могу спросить?

– Нет, – жестко ответил Елисеев. – Поймите меня правильно.

– Понимаю, – повторила она. – Не проблема, я сама узнаю.

– Я прошу вас, – Елисеев повысил голос, – не надо, пожалуйста! Столько лет прошло! Зачем ворошить эту историю? Я пошел вам навстречу, рассказал откровенно, как все было, меня это не украшает, я понимаю. И того офицера, с которым я договаривался, тоже не похвалят за такой поступок. Но это жизнь, поймите! Все так делают. И никого не сажают ни за дачу взятки, ни за получение. Почему вы вообще в это лезете? Какое отношение это может иметь к смерти Миши Болтенкова?

– Никакого, – улыбнулась Настя. – А Владимир Власов больше не встречался на вашем пути? Вы с ним когда-нибудь разговаривали потом? Может, ссорились?

– Ссорились? – в глазах Елисеева мелькнуло изумление. – Да что вы такое говорите?! Где это видано, чтобы спортсмен выяснял отношения с судьей? Никогда и ни за что! Я помню Власова на других соревнованиях, уже после того чемпионата. И на предыдущих я его замечал… И на тренировках, конечно. Вы же знаете, наверное, что судьи обязательно смотрят спортсменов на тренировках, чтобы иметь представление об уровне их подготовленности и потом более объективно судить на соревнованиях. Одно дело, когда судья видит, что на тренировках у спортсмена определенный прыжок получается в восьми случаях из десяти, то есть данным прыжком он вполне владеет, и совсем другое, когда он прыгнул десять раз и из них восемь – неудачно. Значит, этого прыжка у него в арсенале, считай, нет. И если фигурист неудачно выполняет этот прыжок во время соревнований, судья уже точно понимает: это случайность или закономерность. Соответственно, может снять за неправильный выезд поменьше баллов или побольше. Так что, повторяю, видеть-то я этого фигуриста, конечно, видел, но лично никогда с ним не общался. И все-таки почему вы спрашиваете про Власова? Я слышал, арестован Валерий Ламзин, а вовсе не Власов.