Ангелы на льду не выживают. Том 2

Так что когда Михаил Валентинович мне сказал такое, я даже не удивился, наоборот, воспринял как нечто само собой разумеющееся: ну как же, я звезда, блин, чемпион России среди юниоров, конечно же, меня должен тренировать самый лучший тренер. Волынец была олимпийской чемпионкой, ее вся страна знала, а Болтенкова кто знал?

Антон внимательно наблюдал за ним, оценивая позу, жесты, мимику, интонации. С одной стороны, вроде никаких признаков напряжения и лжи или хотя бы неискренности. Но с другой стороны, это человек, много лет отдавший фигурному катанию. То есть прекрасно владеющий собой. Что бы у тебя ни случилось, вышел на лед – улыбайся! Ни судьи, ни зрители не должны видеть, что у тебя на душе черно и страшно.

– А чего ж тогда ты к Болтенкову не вернулся, когда самостоятельно работать не получилось?

– Ну ты даешь! Ты же мужик! – насмешливо протянул Власов. – Неужели тебе непонятно? Разве я мог вернуться и снова работать «на подсосках» у того, от кого я ушел на самостоятельную работу? Понятно, что я к Болтенкову больше не пошел. Самолюбие.

– Ясно. А вот та история, когда тебя за границу не пустили?

– Ну что… – Владимир развел руками. – Ну, не пустили. Много кого не пускают, не я один такой. Я не понял, что ты хотел спросить. И потом, не Болтенков же меня не пустил, а сука Ефимова, была в те времена такая деятельница в Москомспорте. Но знаешь, я тебе честно скажу, я, конечно, очень хотел уехать, но потом понял, что все к лучшему.

– Это почему? – с интересом спросил Сташис.

– Да я поговорил кое с кем… Ну, в общем, с парнем, которому разрешили уехать в Италию, он танцами занимался, там ему девочку хорошую нашли… На самом деле его купил папа этой девочки, он крутой бизнесмен, денег немерено, а у девочки все с партнерами не ладилось. Так парень этот вернулся через год и долго в себя прийти не мог. Это нам отсюда кажется, что там жизнь слаще и вообще медом мазано, а на самом деле… Парня «купят за границу» и считают его своей собственностью, берут на содержание и проживание, а потом начинают этим попрекать и еще требовать, чтобы он жил так, как они укажут. Парни чувствуют себя бесправными и униженными: мы за тебя заплатили – делай, что говорят. То есть сначала-то все шоколадно, типа я тут как сыр в масле катаюсь, я сладко ем и мягко сплю. А потом, когда он начинает проявлять самостоятельность, ему говорят: «Мы тебя кормим-поим, ты у нас живешь, так что соблюдай режим и тренируйся, у нас своя дочка, мы ради нее тебя купили, так что ты с ней дружи, а с другими не дружи». Очень часто родители хотят, чтобы пара была парой, то есть в купленном для дочки партнере они видят потенциального жениха и мужа.