Льдинка

Пила передавалась из рук в руки почти каждые пять минут, чтобы не сбавлять темпа, и от раскаленного полотна уже шел дым, а рукоятка стала горячей, но дело все равно продвигалось очень медленно. Тима всерьез задумался, из какого металла отливали эту решетку. Вначале было решено сделать пропилы по углам, чтобы затем попробовать выбить решетку ногами, но материал, из которого она была сделана, оказался на редкость прочным. Блинк! Лопнуло первое полотно. Пока Дильс налаживал следующее, Злата достала термос с чаем, и он был пущен по кругу. Холод холодом, но все, кто находился в пещерке, взмокли, как лошади после забега на ипподроме, и страшно хотели пить.

Через три минуты накрылось второе полотно, и снова в руках Тух-Туха."

"– С такими темпами у нас не хватит полотен, – недовольно заметил Дильс, извлекая из чехольчика третье. Он сдул с него мелкие пылинки и сварливо добавил: – Если будешь так спешить, то придется догрызать решетку зубами. Как этот бедолага, – он показал глазами на череп с деформированной челюстью, который Тух-Тух вчера отодрал от решетки.

– Ладно, – процедил норвежец. Однако пилить Дильс ему не дал, а передал ножовку Артуру.

К тому времени, когда решетка была окончательно побеждена, сломалось еще два полотна.

– Надеюсь, никаких преград из решеток и прочего дерьма дальше нет, – сказал Тух-Тух. Он поднялся на ноги и мощным ударом ноги вышиб решетку. – Знаете, что я вам скажу? Только вы не бойтесь.

– Что? – с подозрением спросил Костя.

– По информации Клейна, они тоже пилили здесь решетку. Так что для меня остается загадкой, откуда она появилась тут снова. Если, конечно, Клейн не солгал.

– Уф, я-то думал… – облегченно вздохнул Костя. Вероятно, он подумал, что сейчас Тух-Тух заявит, что никакого клада не существует и все это было веселой шуткой.

Между тем Тух-Тух присел и посветил внутрь фонарем.

– Мне кажется, там впереди светлее, – произнес он и обернулся. – И я слышу голоса.

– Кк-какие голоса? – оторопел Костя.

– Я пошутил, – холодно улыбнулся Тух-Тух. – Ну что, вперед, бродяги Севера?

С этими словами он исчез в темном зеве. Остальные не раздумывая полезли за ним, напоминая со стороны пассажиров на тонущем корабле, в панике бросившихся к единственной шлюпке. Лаз был очень узким, и оставалось только удивляться, как Тух-Туху с его комплекцией удавалось протискивать свое тело дальше.

Яна, кряхтя, ползла за Тимой. Под руками и коленями то и дело попадались какие-то прохладные желеобразные предметы. Приглядевшись внимательней, Тима едва подавил крик отвращения – это были громадные слизни. Они были везде – под ногами, на стенах, над головой. Похожие на раздутые сардельки, они фосфоресцировали мягким зеленоватым светом и лениво ползали, оставляя позади себя густой поблескивающий след.