Чувство льда

Надо знать Сашку…

– Н-да, – Светлана швырнула эскизы на стол, налила полный стакан воды из двухлитровой бутыли, выпила маленькими глотками. Она всегда так делала, когда нужно было успокоиться и принять решение. – Это ж надо так попасть! Из-за ремонта в квартире мы можем лишиться возможности дать детям нормальное школьное образование и медицинское обслуживание. И вообще… Ладно, будем терпеть.

И они стали делать ремонт в соответствии с теми эскизами, которые одобрил Филановский.

Ситуация с ремонтом каким-то образом подстегнула Янкевича. Он встряхнулся, собрал множество записей, сделанных в первые полгода работы в издательстве, проанализировал их еще раз, обдумал и написал на имя директора пространную докладную записку со своими предложениями по организации совместной деятельности отдела продаж, пиар-службы и бренд-менеджеров по продвижению новых книг. На какое-то время он снова почувствовал вкус к работе, докладную составлял увлеченно, с интересом и азартом, несколько раз переделывал, стараясь придать документу как можно более стройности, логичности и доказательности. На прием к Филановскому записываться не стал, передал бумагу через секретаря Анну Карловну и стал ожидать вызова. Он был уверен, что Александр его докладную прочтет сразу же и уже через день-два, максимум – через три пригласит начальника отдела продаж к себе для более подробного разговора.

Но время шло, а вызова в кабинет директора не было. Встретив Анну Карловну в столовой, он как будто невзначай, словно между прочим, поинтересовался, передала ли она документ.

– Ну разумеется, – кивнула Тидеманн, – все входящие ложатся на стол директора каждый день в десять утра. Этот порядок никто не отменил.

У Станислава язык не повернулся спросить, уверена ли она, что бумага не затерялась на ее рабочем столе, не попала в другую папку или, не приведи господь, в мусорную корзину. Ему хорошо известна была деловая репутация Анны Карловны: все всегда в идеальном порядке, за десять лет работы ни одного прокола, ни одного забытого поручения или утерянного документа.

В ход пошли домыслы и догадки, объясняющие молчание Филановского. Он мог, например, направить докладную в другие службы, тем же пиарщикам и бренд-менеджерам для обсуждения и подготовки собственных предложений, чтобы потом сразу собрать совещание, не теряя времени на разговоры с каждой службой в отдельности. На проработку документа нужно время, недели две, так что можно еще подождать."

"Миновали две недели, потом три, потом месяц.