Чувство льда

И потом, что значит – она любит Андрюшу? Наш Андрей – глубоко и оригинально мыслящий человек, а она – малограмотная простушка, которая просто по определению не может ни понимать его идеи, ни разделять их. Он бессребреник, лишних денег у него нет, так что материальной выгоды от него никакой. Значит, ее привлекает в нем только внешность, лицо, тело. Так лицо и тело у вас одинаковые, только у тебя к этому лицу и телу прилагаются еще и огромные деньги. Она готова любить тебя с неменьшим пылом, чем Андрюшу, а может быть, и с большим, уж прости мне мой цинизм, но я старше тебя и кое-что повидала в жизни. Будь осторожен, дружок, она готова вцепиться в тебя при первой же возможности, и ты испортишь отношения с братом. Ради чего? Ради этой необразованной дурочки?

– Черт! – с досадой произнес он. – Только этого мне не хватало. Слушай, Любочка, а я ведь собирался ее домой подвезти. И надо бы, сейчас ведь поздно, как она будет добираться?

– Ну, поймай ей машину, заплати водителю, чтобы выглядеть джентльменом, – посоветовала она. – Впрочем, у тебя же свой водитель, в твоей машине вы в любом случае не будете одни, так что можешь и подвезти. Только садись вперед, а она пускай сзади сидит. Не сидите в темном салоне рядом, не нужно создавать даже видимость интимности. Ты меня понял?

– Понял. Спасибо за совет, – усмехнулся Саша.

* * *Анна Карловна Тидеманн была из тех многоопытных секретарей старой школы, которые никогда ничего не забывали, не путали и – самое главное! – никогда ничему не удивлялись. Это не означало, что Анна Карловна была особой безразличной и равнодушной, отнюдь, она на все обращала внимание, брала на заметку и тщательнейшим образом обдумывала, однако не позволяла себе ни задать вопрос, ни даже просто приподнять брови, выражая недоумение. Все, что слетало с уст ее обожаемого шефа Александра Владимировича Филановского, было истиной в последней инстанции и обсуждению не подлежало. Имеется в виду – обсуждению вслух. А уж мысленно-то… Тут Анна Карловна ни в чем себя не ограничивала.

Вот и сегодня она лишь молча сдержанно кивнула, когда явившийся без десяти девять Александр Владимирович, отдав срочные указания, произнес:"

"– Да, Анна Карловна, если появится Катя, подружка Андрея, ко мне не пускать. Ни под каким предлогом. Она вызвалась помочь с пересадкой растений, вот пусть и помогает мальчикам-программистам, отправьте ее к ним. И здесь, в приемной, чтоб не сидела.

Однако! Анна Карловна некоторое время смотрела на закрывшуюся за шефом дверь кабинета, словно на ней могло огненными буквами проступить разъяснение, мол, так-то и так-то, потому-то и потому-то. Но деревянная обшивка в экран компьютера почему-то не превратилась, и буквы на ней не появились. Пришлось Анне Карловне строить догадки самостоятельно.