Чувство льда

Впрочем, какая ерунда… Саша взрослый человек, имеет право устраивать свою личную жизнь по собственному разумению, лишь бы не в ущерб семье и детям. Но получается, что в ущерб брату, родному брату! И что, конец миру в семье? Между братьями вражда навеки? А тетка окажется первой среди виноватых, потому что у нее под носом, читай – под крылом, устраивались любовные свидания? Нет, это невозможно, это совершенно невозможно. Этого нельзя допустить."

"Любовь Григорьевна вся превратилась в локатор, улавливающий малейшие не то что слова и жесты – нюансы дыхания. Если бы она могла, она бы и мысли улавливала. Впрочем, сейчас ей казалось, что у нее и это получается, настолько Катины намерения были ей ясны, и тем яснее, чем больше она убеждалась в том, что ее племянник об этих намерениях даже не догадывается. Что ж, тем лучше. Еще не все потеряно.

Саша посмотрел на часы и спохватился, что не сделал какой-то деловой звонок. Вытащил мобильник, набрал номер, и Любовь Григорьевна заметила, что Катя вслушивается в разговор как-то уж очень внимательно, просто неприлично внимательно. Да и разговор-то пустяковый, чего там особенно выслушивать? Саша спрашивал у невидимого абонента, удалось ли ему связаться с какой-то Красиной и готова ли она поучаствовать послезавтра, шестого марта, в общеиздательском мероприятии. Ничего личного, что могло бы касаться этой настырной девицы.

– А что у вас в издательстве послезавтра? – тем не менее спросила Катя, и Любовь Григорьевна даже поморщилась: ну как это можно? Где ее воспитывали, боже мой! Ладно бы просто слушала, это все-таки незаметно, если особенно не всматриваться, но давать понять, что ты слушала, – это уже за рамками приличия.

Сашу, однако, это ничуть, судя по всему, не задело, и он вполне мирно ответил:

– Массовая пересадка цветов. У нас огромное количество растений по всему издательству, но все в разных горшках, стоят как бог на душу положит – в общем, никакого дизайна. Я выбрал по каталогу коллекцию емкостей: от самых ма-ахоньких горшочков до огромных кадок, их завтра привезут, и послезавтра мы всем коллективом будем пересаживать растения.

– А кто такая Красина? – не унималась Катя.

«Я бы ее убила, – подумала Любовь Григорьевна. – Если бы она посмела подслушивать мои разговоры и после этого еще вопросы задавать – точно убила бы. И почему Саша это терпит? Почему не осадит ее?»

– О, Зинаида Артамоновна Красина – это легенда! – с воодушевлением заговорил Саша. – Я ее обожаю! Она – автор самых известных в нашей стране книг по разведению комнатных растений. Больше, чем знает о комнатных растениях она, не знает никто. Мы издали четыре ее книги, и все они держатся на рынке уже шесть лет, мы постоянно делаем допечатки.