Лазоревый грех

Он прихватил мои руки своими сверху:

— Только чтобы спасти меня от Мюзетт.

С этим я не могла спорить, но...

— Это правда, но разве это так уж важно? Разве важно почему?

Он нежно улыбнулся и убрал мои руки от своего лица.

— Да, Анита, это важно. Ты сегодня возьмешь меня в свою постель, но завтра в тебе проснется чувство вины, и ты снова сбежишь.

Я нахмурилась:

— Ты говоришь так, будто я с тобой уже так поступала. Этого не было.

Он потрепал меня по руке, которую держал в ладонях.

— Ты вот в эту кровать брала с собой четырех мужчин, но секс у тебя был только с Жан-Клодом. Ты питала ardeur от Натэниела, но не трахнулась с ним. — Он отпустил мои руки и засмеялся, качая головой. — Только у тебя хватило бы силы воли спать каждую ночь возле такого красавца и не взять все, что предлагает Натэниел. Я видал священников и аскетов, у которых не было твоей воли сопротивления соблазну.

— Кажется, я последнее время уже не так сопротивляюсь, — сказала я, стараясь быть честной.

Он снова засмеялся, но улыбка его растаяла.

— Джейсона ты уложила в упаковочный ящик с маркировкой «друг». А я? Мне не хотелось бы оказаться с тобой снова в этой кровати, если завтра я стану обычным другом. Этого мне не вынести.

Я наморщила брови, глядя на него. Больше всего мне хотелось забыть, что случилось, когда Белль Морт несколько месяцев назад напустила на меня ardeur. Из-за нее я попала в ситуацию, которую точнее всего было бы назвать оргией. Сношения не было, но было полно рук и тел, касающихся мест, которых не надо бы. Ашер был прав: я изо всех сил стараюсь этого не замечать. Усердно делай вид, что ничего нет, так ничего и не будет. Но ведь было, и я с этим еще не разобралась.

— Что ты хочешь от меня услышать? Мне жаль, что я слишком застеснялась, оказавшись в постели одновременно с четырьмя мужчинами. Да, я смутилась, так что можешь меня винить.

— Сегодня ты тоже смутишься.

— Есть многое, что меня смущает, Ашер, и тут я ничего не могу поделать.

— Ты ничего не можешь поделать с тем, какая ты есть, Анита. Я не изменю тебя, но мне не нужна одна ночь из милости в твоей постели. Я тебе говорю: я не вынесу, когда меня снова выбросят прочь.

В этот миг я поняла, что он говорит не о том, когда его выбросили из нашей кровати после того, как ardeur насытился. Он вспоминал, как отвергла его Белль много сотен лет назад. Выбросила, как поломанную игрушку. В конце концов, игрушку всегда можно купить новую.

Я заходила перед ним вперед-назад, не глядя ни на кого них, — мне просто нужно было куда-то девать растущее нервное напряжение.

— Чего ты хочешь от меня, Ашер? Гарантии?

— Да, — сказал он, помолчав. — Именно этого я от тебя хочу.

Я остановилась и поглядела на него:

— Какого рода гарантии? Что я не буду насчет этого переживать завтра? — Я мотнула головой.