Лазоревый грех

Она вздрогнула, резко, прерывисто вздохнула, будто вспоминая, кто она и где и зачем здесь. Последние искорки смеха исчезли из ее глаз.

— Ты признала, что твоя красота не может соперничать с моей, таким образом, взять у тебя кровь не было бы достойной заменой той побрякушки, что приготовил для меня Жан-Клод. И насчет своего волка ты тоже права. Он очарователен, но не так, как эти трое.

Что-то мне вдруг перестало нравиться, куда она клонит.

— Дамиан каким-то образом принадлежит тебе. Не понимаю, но чувствую. Он твой в том же смысле, в каком Анхелито принадлежит мне, а ты — Жан-Клоду. Жан-Клод как Принц города не может быть донором крови, но Ашер не принадлежит никому. Дайте его мне как гостевой дар.

— Он мой заместитель, мой temoin, — тем же пустым голосом произнес Жан-Клод. — Я не стану легко им делиться.

— Я этой ночью видела кое-кого из других твоих вампиров. У Менг Дье есть подвластный зверь. Она сильнее Ашера, почему не она вторая в твоей иерархии?

— Она — заместитель у другого мастера и через несколько месяцев к нему вернется.

— Тогда зачем она здесь?

— Я ее призвал.

— Зачем?

Истинная причина была в том, что, пока я занималась духовными поисками, Жан-Клоду нужна была поддержка посильнее. Но вряд ли он это скажет. Он и не сказал.

— Любой мастер периодически призывает домой свою паству, особенно тех, кто вскоре может стать мастером на своей территории. Последний визит перед тем, как он утратит силу их призывать."

"— Белль была в высшей степени обеспокоена, когда ты поднялся до Мастера города без этого последнего визита, Жан-Клод. Она просыпалась с твоим именем на устах, повторяла, что ты всего достиг сам. Никто из нас не думал, что ты взлетишь так высоко, Жан-Клод.

Он поклонился — низко, глубоко, а она стояла так близко, что его волосы почти задели ее платье.

— Нечасто удается кому бы то ни было поразить Белль Морт. Я весьма польщен.

Мюзетт нахмурилась.

— Это правильно. Она была весьма... недовольна.

Он медленно выпрямился:

— И отчего же мое восхождение к власти вызвало ее недовольство?

— Потому что быть Мастером города — значит быть вне обязывающих связей.

Кажется, термин «обязывающие связи» для вампиров значил больше, чем для меня, — я почувствовала, как они все застыли. Дамиан стоял так тихо, будто его и вовсе не было. Только вес его рук еще сообщал мне, что он здесь. Пульс его тела замолк, упрятанный глубоко внутрь.

— Но Ашер не поднялся так высоко, — продолжала она. — И его можно отозвать домой.

Я глянула на Жан-Клода, но лицо его было абсолютно непроницаемо — та вежливая пустота, за которой он прячет любые реакции.

— Разумеется, это в пределах ее прерогатив, но я должен был бы быть извещен заранее об отзыве Ашера.