Лавандовое утро

Несмотря на все старания оставаться спокойной, Джоселин страшно разволновалась, когда увидела конверт, подписанный знакомой рукой.

«Для моей Джоселин» — значилось на конверте.

Дрожащими руками Джос открыла конверт и вытащила письмо.

«Моя дорогая, дорогая Джоселин!

Извини, я не хотела бы показаться сентиментальной. Я не знаю, прошли дни или месяцы со дня моего ухода, но, зная твое нежное сердце, ты наверняка все еще печалишься. Я очень хорошо понимаю, что значит потерять человека, которого любишь. Многие из тех, кого я любила, уходили, а я оставалась жить. В те моменты мне тоже хотелось уйти…

Теперь к делу. Дом в Бока не мой, как и большинство мебели в нем. Но сейчас я надеюсь, что жильцы выехали и можно перейти к действиям. Не беспокойся, моя дорогая, лучшее, чем я владела, я забрала из Эдилин-Мэнор, и теперь все снова вернется туда».

Джоселин отложила письмо. Эдилин-Мэнор? Она никогда не слышала об этом месте. После первого недоумения пришло неприятное ощущение досады. Она провела рядом с мисс Эди большую часть жизни, и та никогда не упоминала об особняке в Эдилине. Эдилин-Мэнор? Это должно быть нечто важное, раз названо ее именем? Или это мисс Эди назвали в честь того места?

Джоселин снова взглянула на письмо.

«Я знаю, моя дорогая, ты рассержена и обижена. Я даже вижу, как ты хмуришься. Я очень много рассказывала тебе о своей жизни, но никогда не упоминала о городке Эдилин в Виргинии. Как ты можешь догадаться по необычности названия, город принадлежал моим предкам, или по крайней мере так гласит легенда. Столетия назад мой предок приехал из Шотландии с прелестной женой и вагоном золота. Он скупил тысячи акров около Уильямсберга в Виргинии, заложил там город, который назвал в честь своей юной жены — Эдилин. Семейная легенда гласит, что его жена была из аристократического рода, и когда ее отец отказался выдать дочь за парня из конюшни, тот сбежал вместе с невестой, прихватив большую часть денег ее отца. Никто не знает, толи он похитил Эдилин, то ли она последовала за ним по собственной воле."

"Я уверена, что правда менее романтична, чем эта легенда, но примерно в 1770 году Ангус Харкорт построил большой каменный дом, и моя семья жила в нем, пока я не нарушила эту традицию. Мой отец оставил дом мне, мне одной, так как мой брат Бертран ничего не понимал в делах. Если у него была монета в 10 центов, он покупал на нее то, что стоило четыре.

Я росла с уверенностью, что буду жить с Дэвидом Олдриджем в Эдилин-Мэнор. Мы были помолвлены, и я думала, что у нас будет хорошая, красивая, здоровая семья. Но увы, вмешалась судьба и разрушила наши планы. И в первую очередь виновата война, которая изменила всех и все. После войны я уехала из Эдилина и оставила дом моему брату, но строго следила за ним.