Ласточкино гнездо

Нет, сама фильма не халтура, – продолжал он, оживляясь, – но на самом деле это пустышка, которая прикрывается всякими техническими достижениями и… недозволенными приемами, вроде убийства детей. И зачем я все это тебе рассказал? – добавил Андрей совершенно другим тоном. – Ясно же, что если мне не нравится то, что обязано всем нравиться, я просто завистливая сволочь…

– Ты, Эндрю, контрреволюционный миллионер, – шутливо произнес Вася.

Лёка сразу же перестала улыбаться: ей показалось, что ее спутник переборщил с фамильярностью. Однако она недооценила быстроту реакции своего партнера по съемкам.

– Комиссар Харитонов, подите к черту, – не остался в долгу актер, после чего повернулся к ней и поглядел прямо в душу своими прозрачными зелеными глазами. Девушка замерла, как загипнотизированная. – Поражаюсь я, Лёка, как вы его терпите? Вокруг столько приличных людей, посмотрите хотя бы на Беляева.

– Не надо на меня смотреть, – тотчас отозвался фотограф, многозначительно улыбаясь Вале.

Она нахмурилась и отвела глаза.

– Ну тогда посмотрите на… – Андрей бросил взгляд на улицу и осекся. – Черт возьми! Это наш Кауфман? На извозчике, с охраной?

– Э… да, – пробормотала Лёка, разглядев на сиденье фигуру уполномоченного, стиснутого между Сандрыгайло и Будрейко.

На коленях Матвей Семенович держал довольно большой портфель, и выражение лица у него было такое, словно его везли на казнь – или к дантисту, способному без наркоза выдрать клиенту половину зубов.

– Ах да, сегодня же он получает деньги в банке, – спохватился Еремин. – Надеюсь, он не пропьет их до того, как выдаст нам все, что причитается, включая суточные… Официант!

– А сзади-то автомобиль угрозыска едет, – заметил Вася, разглядев черную машину, которая двигалась следом за дрожками Кауфмана. – Только броневика не хватает…

– Броненосца! – сострил Андрей и попросил принести ему две порции мороженого.

Сегодня он был оживленнее обычного и так и сыпал шутками. Вручив одно мороженое Лёке, а другое Вале, он принялся рассказывать полуприличный киношный анекдот, полный толстых намеков на реальные лица.

Что касается извозчика, который привлек внимание наших героев, то он проехал по улице Литкенса, что расположена неподалеку от городского сада, и остановился возле здания Госбанка.

Первым вылез Сандрыгайло, хмуро огляделся и помог спуститься Кауфману, после чего из дрожек выбрался и Будрейко. Матвей Семенович расплатился с извозчиком, и тот, хлестнув свою лошаденку, укатил.

Неподалеку на улице пять или шесть граждан в штатской одежде жарились на солнцепеке, но старательно делали вид, что изучают витрины магазинов. Это были сотрудники угрозыска, которых Парамонов заранее позаботился послать к банку на случай возможных эксцессов.